Люблю и ненавижу

 – Вы, кажется…

Джеймс усмехнулся про себя. Да, в обаянии этому прохвосту не откажешь. Высок, хорош собой, да притом еще и врач. Настоящий мужчина, одним словом. Только вот нутро почему-то у этого настоящего мужчины оказалось гнилым.

– Меня зовут Джеймс Дилан, – представился Джеймс. – Год назад вы мою жену… лечили.

Он специально сделал паузу, чтобы посмотреть на реакцию Салливана. И не обманулся в своих ожиданиях. На сотую долю секунды броня, которой доктор окружил себя, рухнула, и Джеймс уловил страх. Всепоглощающий мертвенный страх.

– Ах, да… – Салливан взял себя в руки и придал лицу соответствующее скорбное выражение. – Я помню, такая прелестная молодая женщина…

– Я бы хотел поподробнее побеседовать с вами на эту тему, – перебил его Джеймс.

Салливан закусил губу. Он не понимал, что происходит. С чего вдруг Дилан прикатил сюда? Ведь эта история давно забыта. И кто прячется за его спиной?

– Боюсь, я сейчас занят. – Он изобразил на лице вежливую улыбку. – Может быть, вы подойдете позднее? Хотя я не понимаю, чем я могу вам помочь…

Он искренне надеялся на то, что Джеймс сейчас пожмет плечами и согласится уйти и оставить его в покое. Ведь все это бессмысленно, Лана почти год как мертва. Что толку вспоминать о надежно забытом прошлом?

– Привет, Эд, – произнесла Карен, вставая. – И все-таки тебе придется пойти с нами.

Она боялась предстоящего разговора. Боялась того, что он скажет, боялась посмотреть ему в глаза. Когда-то этот человек был так дорог ей. И он же нанес смертельный удар. Карен хотела бы уехать как можно дальше от Хантервиля и навсегда забыть об Эдуарде Салливане. Но Джеймс привез ее сюда, и она внезапно поняла, что он не так уж не прав.

– К-карен, привет, – пробормотал Салливан. – Что ты тут делаешь?

Он беспомощно переводил глаза с Карен на Джеймса и обратно. Господи, какой же он трус, с легким презрением подумала она. И этого мужчину я обожествляла… Нет, права была мама, называя меня глупой девчонкой!

– Понимаете, я сейчас на дежурстве, – мямлил Салливан, тщетно пытаясь найти лазейку.

– Тогда мы можем поговорить здесь, – жестко сказал Джеймс. – Как вам будет угодно.

– Но о чем нам говорить?

Бегающие глаза красавчика Эда, его нервозность выдавали его с головой. Карен внезапно почувствовала отвращение к этому на первый взгляд привлекательному мужчине. Неужели он действительно знал о том, что делает Лане роковой укол?

– Думаю, вы можете выйти в какое-нибудь ближайшее кафе, – сухо заметил Джеймс.

Салливан казался таким славным парнем. Но Джеймс уже ощущал, как поднимается в душе волна холодной ярости. Еще чуть-чуть, и она накроет его с головой, и тогда ничто и никто не сможет уберечь от его гнева этого красавца с бледным лицом и дрожащими руками.