Она любит плохих парней

Не волнуйся, я не стану убивать тебя прямо здесь и прямо сейчас. Она говорит, что мое расстройство в пассивной фазе.

Мысленно прокручиваю события последнего часа и качаю головой:

– Я бы так не сказала.

– А хочешь я скажу, какой диагноз она поставила бы тебе?

– Катюш, у тебя в детстве был воображаемый друг?

– Я-я-я, – тяну растерянно. – Не знаю, не помню.

– А сейчас? – с искорками веселья в голосе спрашивает Дарий.

Сильнее сжимаю пальцы вокруг стакана и отвечаю громче, чем следовало бы:

– Делюзиональное расстройство, – ровным тоном произносит Дарий. – Это значит, что ты с трудом можешь отличать воображаемый мир от действительности. Судя по тому, что ты мне рассказывала, родители часто ссорились, и ты, не желая оставаться в этой обстановке, сбегала…

– Откуда такие познания? – иду в наступление я, потому что это единственный способ защититься.

– Мне тоже его ставили, но регулярная терапия, не поверишь, творит чудеса.

Поднимаю стакан и допиваю воду в несколько больших и жадных глотков, вихрь мыслей сметает все на своем пути.

– Спокойно, Катюш. Я не намекаю на то, что тебе нужно лечиться. Это дело добровольное.

– Ты меня психичкой сейчас назвал? Что это вообще за разговор? Давай еще какие-нибудь болячки обсудим. М-м, как тебе?

– Я не против. Глупо начинать отношения со лжи. Ты так не думаешь?

Ставлю пустой стакан на стол, борясь с желанием запустить его Дарию в лоб. Ни фига он не притворялся, теперь я это вижу. Он так умело перетекает из одного образа в другой, так ловко управляет мной и моими эмоциями, что я буквально тону в стуке своего сердца.

– Нет у нас никаких отношений.

– Он ведь тоже с тобой не согласен, – усмехается Дарий. – Или это она? Хотя, мне кажется, все-таки он.

Суслики выстраиваются в башню до небес и одновременно открывают зубастые рты, оглушая меня диким криком. И я уже готова присоединиться к ним, распугав всех посетителей ресторана, но ни в чем не повинных людей спасает официант с подносом напитков, которые методично перекочевывают на стол. Дарий продолжает гипнотизировать меня пугающим взглядом, который красноречивее любых слов доносит одну простую истину – «Ты влипла, Катюш». Смотрю на вино как на спасательный круг, мне срочно нужна анестезия.

Официант открывает бутылку, наполняет для меня бокал и тихо удаляется. Вдыхаю сладкий аромат, делаю один крошечный глоток, второй, сердечный ритм медленно возвращается в норму.

– Давай ты пока обратно перевоплотишься в старика-добряка, – обращаюсь я к Дарию. – Мне нужна передышка.

Один хлопок ресниц, и на его лице появляется уже хорошо знакомая мне добродушная улыбка.

– Божечки, это пугает еще больше, – напряженно вздыхаю я.

– Это я и пытаюсь сделать! – выпаливаю возмущенно.

– Хорошо, тогда помолчим.