Любить нельзя

Он выглядел дико уставшим. Его лицо немного осунулось, отчего скулы стали острее, плечи были напряжены, а судя по красным глазам – брат жутко недосыпал. – Прости. Я знаю, что топочу как слон…

– Нет-нет, – поспешила его заверить, – я сама не спала. Ждала тебя, чтобы накормить.

– Мне, конечно, приятно, но не стоило. Я бы сам как-нибудь поел, а тебе завтра с утра в универ, – чуть нахмурившись, проговорил Марк. – Так что иди спать, окей?

Еще чего! Я что, зря заставляла себя готовить?

– Иди мыть руки и за стол, – невозмутимо постановила я.

– Поля, – недовольно прошипел брат.

Тяжело вздохнув, осознавая, что не отстанет, призналась:

– Я, между прочим, не ужинала даже.

Не стала добавлять, что обед и завтрак тоже благополучно пропустила, но и так фраза подействовала – Марк, посетовав на бестолковую сестру, пошел за мной на кухню.

За поздней трапезой он ни слова не сказал про папу. Я все ждала, что, подняв на меня взгляд ярко-зелёных глаз, повторит речь доктора, но нет. Промолчал. Зато не выдержала я:

– Марик, миленький… – сделала большой глоток воздуха и задала вопрос, который душил меня после первой встречи со следователем: – Отец же не сам… не сам захотел, чтобы машина?..

Бред, правда? Чтобы мой совершенно здоровый папа вдруг решил совершить самоубийство, при этом забрав еще несколько жизней с собой? Бред. И я не понимаю полицейского, который на полном серьезе заявил нечто подобное. Мол, столкновение машины отца и легковушки произошло не случайно. И не понимаю его вдвойне, потому что… Он же видел, какое у меня состояние. Так зачем? Это жестоко.

– Что за глупости? Не бери в голову всю ту хрень, что несет подполковник. Ему просто хочется закрыть дело побыстрее, – брат оставался спокойным, и его состояние передалось и мне. – Холодно? Иди ко мне.

В кухне было действительно прохладно, и я, долго не думая, залезла к нему на софу и прижалась к теплому боку парня. Вдохнула его аромат, смешанный с запахом одеколона… и стало немного лучше. Полчище кошек, что раздирали мою душу на части, отступили на время и спрятали когти. Марк обнял меня и положил голову на мое плечо.

– Как дела в офисе? – спросила я осторожно через несколько минут уютной тишины.

– М? – растерянно пробормотал он, продолжая обнимать меня.

– Говорю, как дела в офисе? – терпеливо повторила, мягко массируя крепкую шею. Его мышцы были напряжены настолько, что казались тверже камня.

– А… – выдохнул. – Все отлично. И у тебя просто волшебные руки, Поль.

– Все отлично? И потому ты пропадаешь там целыми днями? – я пропустила мимо ушей комплимент. – Может, тебе нужна помощь? Хоть какая.

– Нужна, – кивнул Марк. – Проследи за одной девочкой, которая ложится непонятно когда, ест непонятно что и прогуливает учебу.

Я закатила глаза. Все со мной хорошо.