Любить нельзя

И он повел меня дальше по своему праведному, блин, пути. Его конечным пунктом в итоге оказался… наш с ребятами столик. А там все были в сборе. Разве что Ромы с его дамами не обнаружила.

– Полина?! – удивленно произнесла Карина, переводя взгляд с меня, утопающую в марковской кофте, и на, собственно, брата, щеголяющего в одной черной майке, подчеркивающей широкие плечи и рельеф мышц. В одной руке он держал мою блузку, что вызвало еще больше вопросов у Рины. – Что происходит?

И вот что ответить? Я и сама не знала, если честно. Но в какой-то степени испытывала облегчение – это же Марк, он сильный, он мне поможет. Чем я думала, когда решилась скрыть от него правду?

– Все, идем, – Марик даже не поздоровался ни с кем, просто нашел мою сумочку и даже не отдал ее мне. Снова стиснул мои пальцы, готовый указывать мне правильную дорогу. Он явно выбрал себе неправильную профессию. Какая мировая экономика? Ему быть навигатором или маяком.

– Ты уже уходишь? – подключилась Лера. – Давай еще посидим? Мы найдем стул и для твоего парня, Поль. И даже не съедим его, честно!

Пальцы Марика сжались на моей ладони до легкой боли, а у меня вспыхнули щеки. Неужели мы со стороны выглядим?..

– Он брат Полины, – поправила тем же недовольным голосом Карина. Ей явно не понравилась то, что я от нее скрываю некоторые моменты.

– Ой… Простите, пожалуйста! – смущенно пролепетала Лера. – Вы просто не похожи и…

– Ничего, все в порядке, – я растянула губы в улыбке. – Мне сейчас пора, извините, что так вышло. Всем пока!

А Рине, перед тем как совсем исчезнуть в толпе, бросила:

– Итак, Поля, играем так: ты мне все рассказываешь, а я пообещаю сильно не злиться, – едва мы сели в его машину, постановил Марк с совершенно непроницаемым лицом. – И пристегнись.

Я пристегнулась, сложила руки на коленках, как прилежная школьница, и позволила себе выплеснуть негодование:

– Прекрати вести себя со мной так, как ведешь! Перестань указывать и требовать! Ты не имеешь права вот так вот… играться мной, как куклой! Мне не пять лет и уже даже не двенадцать.

Марк вырулил с парковки и, влившись в поток авто, спокойно отозвался:

– Что тебе не пять и не двенадцать, – опять как ни в чем не бывало.

Дыши, Полина, дыши. Марк должен выжить. Почему? Зря, что ли, ты наготовила всякой всячины вчера? Кто это есть будет? А ведь да! Меню на похоронах совсем другое, потому надо подождать, пока он поест.

– А остальное? – с намеком протянула я

– А что не так? – брат бросил на меня колючий взгляд и снова вернулся к дороге. – Как я понял, мы друг другу позволяем все. Ты – недоговаривать, верить в чепуху и откровенно меня игнорировать, а я – делать в свою очередь то, что считаю нужным. Заметь, не ты, а я, как идиот, просидел два часа, ожидая тебя.