Любить нельзя использовать

– Да хоть куда! Хоть к черту на куличики!

Я не смог сдержать улыбку.

– На счет куличиков я подумаю. А пока только в тренажерку.

– Ты серьезно? – Людмила снова впилась меня своим взглядом. Опять попал под ее «рентгеновское излучение».

– Да. Я все прочитал, и не нашел противопоказаний. Наоборот. Только плюсы. Поговорил с тренером. Руслан, кстати, его знает. Ему подберут специальный комплекс упражнений.

– А от меня что нужно? – серьезно спросила Людмила.

Я выдохнул. Не думал, что она согласиться. Но, видимо, девчонка была серьезно настроена вернуть брата к нормальной жизни.

– Нужно привезти его туда. Вот только я пока не знаю, как.

– Я знаю. У меня есть телефон «Транспортировки пациентов», так что проблем с дорогой не вижу. Просто вызову их, и скажу, когда забрать обратно.

Сложнее было уговорить Руслана. Говорить про тренажерный зал я ему не стал, предвидя его отказ. Сказал, что хочу сделать ему сюрприз, и попросил мне довериться.

– Вечно с тобой все засекречено, – проворчал Руслан.

– Ну да, есть маленько.

– Пятой точкой чувствую западлянку!

– Вот не думал, что она у тебя такая чувствительная! А чем занимается Людмила?

– В каком смысле чем?

– Ну, чем-то же она должна заниматься? Не только же ей слушать твое ворчание и видеть твою кислую физиономию! – спросил я.

Руслан пожал плечами.

– Даже и не знаю. Утром она бегает. Потом в основном все по дому. А почему ты спрашиваешь?

– Просто любопытно. Симпатичная девчонка и что все время только дома?

– Нет. Они с Рыжей иногда встречаются. А иногда она просто уходит. Не говорит куда. Так что у нее сам спроси.

– А в свободное время? – я проигнорировал предложение Руслана, спросить самому.

– В основном за ноутом. Печатает много.

– Не знаю. Я не спрашивал.

– То есть тебе не интересно, чем занимается твоя сестра?

– Артур, ты, что от меня хочешь? Чтобы я спросил Люду, чем она интересуется?

– А почему бы и нет? Я считаю, что нужно знать интересы близких.

– Иногда мне кажется, что она только и делает, что ищет какие-то реабилитационные центры, чтобы потом запихнуть туда меня.

– И что в этом плохого? – удивился я.

– По-моему, это просто сбор денег и ничего больше. Врачи пудрят мозги, а она верит.

– Артур, я уже ни во что не верю.

У меня было острое ощущение грядущих перемен. Что-то ворвалось в нашу привычную монотонную жизнь с Русланом и теребило, летало в воздухе, даже искрило.

Данилов с завидным постоянством приходил к брату. Мы иногда перекидывались с ним несколькими фразами. Я старалась не вмешиваться в их разговоры, чтобы не вспугнуть. Что? Я и сама толком не понимала. До этого Руслан ни с кем не общался. Был не просто замкнут, а закрыт для внешнего мира, как рак-отшельник, которому хорошо в своем панцире. А сейчас он словно ожил и стал интересоваться тем, что происходит в мире.