Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Обращенный браслетом тиин ошеломленно произнес:

— Эл, я сейчас почувствовал такой мощный стихийный выброс магии, что сам испугался! Ты ведь его не вызывала нарочно, не контролировала?

— Нет… — Я была в замешательстве. Пальцы слегка подрагивали, руки до локтей покрылись мурашками. Глаза болели. — Я просто волновалась, и я… видела что-то красное.

— Магическое зрение… Неужели оно пробуждается? Эллен пыталась овладеть им пять лет, а у тебя получилось само по себе!

— Чего-чего? Ты хочешь сказать, что я пробудила глаз-рентген?

— Хватит сыпать своими иномирными словечками! Я сейчас серьезно. Ты не можешь делать то, что делала прежняя хозяйка тела, зато тебе дается то, что не давалось ей. Поразительно.

Слова Пискуна не укладывались в голове. Но с самого утра я чувствовала в организме какие-то перемены, особенно в области глаз и висков. То странное покалывание, то резь, то теплые волны. Наконец-то помогли упражнения?

— Попробуй еще раз, — строго велел тиин. — Только, умоляю, не дергайся так.

— Поглядела бы я на тебя, вредный клочок меха, если бы тебя неожиданно шарахнуло электрическим разрядом.

Я продолжила обследовать Адиль. На этот раз я не почувствовала ничего необычного, от облегчения с плеч будто упала гора. Нет, сейчас я не готова к магическим экспериментам, что бы ни говорил Пискун.

— Я должна была уже родить… — послышался слабый голос. — Это плохо, да?

— Наверное, ты плохо молилась? — строго спросила бабка, но я цыкнула на нее.

— Хватит, это здесь ни при чем. Не надо пугать ее.

Но Крелла продолжила деловым тоном:

— Надо медком дитя выманить, оно на сладенькое и выйдет. Эй, кто-нибудь принесет меда?

Я опешила, глаза расширились так, что едва не выпали из орбит.

— Прям туда! Ты что, тугая, что ли? — всплеснула руками повитуха. — Все наши бабки так делали.

— Вы ему еще покискискайте, бабуля, — отозвалась я скептически. — Роженица обессилена, тут нужна помощь.

Надо отдать должное Адиль. Она мужественно переносила все тяготы, не жаловалась и не плакала.

— Сделайте что-нибудь, прошу… — прошелестела она. — Я не хочу умирать.

— Ты и не умрешь, дорогая Адиль! Ну что за настрой? Ты же сильная девочка, настоящая умница, — подбодрила я ее. — Осталось совсем немного потерпеть.

Делла смотрела на все это, а потом спросила меня шепотом:

— Что будем делать, нейра?

Я достала из сундучка обезболивающее, накапала в кружку с водой и дала выпить роженице. Открыла отделение с инструментами — хорошо, что додумалась захватить самый необходимый минимум. Скальпель и…

— Ах, милостивые боги! — послышался громкий возглас старушки Креллы. — Что за демонов инструмент?

— Это акушерские щипцы, — я продемонстрировала две изогнутых ложки, держа их за ручки. — Они нужны для того, чтобы извлечь ребенка.