Любимая наша

− Знаешь… меня неизменно удивлял один момент в наших договорённостях с Морадом, − произношу я тихо.

− Какой? – устремляет Сэтору на меня нечитаемый, пронзительный взгляд.

− Он не потребовал от меня никаких взаимных клятв, кроме клятвенного обещания с моей стороны, что я окажу ему одну единственную услугу, − признаюсь, заставляя мужа изумлённо вскинуть брови. − Он даже не потребовал держать в секрете суть его просьбы. И поначалу я видела причину такой беспечности в том, что он никогда не позволит вам меня найти и, соответственно, мне некому будет об этом рассказывать. Но даже после родов, когда Морад уже наверняка мог предположить исход событий, он не стал этого требовать. Последнее, о чём мы говорили с ним, было то, не передумала ли я рвать с вами связи? И, признаться, у меня складывалось отчётливое чувство, что он пытается отговорить меня от этого решения.

Сэтору сидит теперь, мрачно сжав губы. На смуглых щеках вздымаются желваки. А в багряно-чёрных глазах бушует тёмная бездна.

− Зачем это ему? – отрывочно роняет он.

− Морад объяснил мне, что это очень болезненный и опасный процесс, − Сэтору в ответ на это лишь молча кивает подтверждая. – Он сказал, что чувствует за меня ответственность и не хочет причинять мне боль.

На губах моего супруга появляется кривая скептическая усмешка.

− Признаться, я удивлён. Мы были уверены, что ты связана клятвами и не сможешь ничего рассказать нам о том, зачем ему понадобилась. Каждый из нас в первую очередь бы стребовал такие клятвы. И мне даже после твоих слов слабо верится, что он этого не сделал. В чём причины такой странной беспечности? Он был настолько уверен в тебе, что просто доверился? Это маловероятно. Тут наверняка есть какой-то подвох.

− Может, он просто хотел, чтобы я рассказала? – вскидываю брови. – Может, он хотел, чтобы вы узнали… точнее, чтобы ты узнал.

− Зачем? Что такого он у тебя попросил?

− Он попросил найти одного ребёнка. Девочку. Мораду было известно, что она родилась где-то в других вселенных. Но он не знал, где именно. Знал только, чья душа этой девочке досталась. И помог мне настроиться на эту душу, чтобы я смогла её увидеть, дотянуться.

− Ребёнка? – ошарашенно смотрит на меня супруг. – Что это за девочка? Зачем она ему понадобилась?

− Затем, что в этой девочке возродилась душа его истинной возлюбленной. И Морад был готов на всё, чтобы её найти, − произношу я то, что может в корне перевернуть все представления Сэтору об его отце. Ведь если речь идёт о той возлюбленной, о которой я думаю, то…

На мужа смотреть больно. Он даже побледнел слегка.

− Он… похитил тебя, чтобы ты нашла реинкарнацию моей матери? – переспрашивает глухо севшим голосом.

− Если Морад это действительно Менетнаш, то получается… да, − киваю сочувственно.