Вот и я, Люба!

Мальчуган виснет на стариках, обоих, целует, что-то шепчет на ухо и улетает в дом. Марина, поприветствовав родню, тоже уходит.

Я стою смотрю, как Степан обнимает родителей, жду пока очередь дойдёт и до меня.

Степа подходит ко мне, обнимает за плечи, аккуратно поглаживая.

— Любаша, позволь тебе представить моих родителей. Это прекрасная женщина — моя мама Сима Иосифовна, а этот седовласый викинг — мой отец Григорий Аркадьевич. Эта замечательная семейная пара состоит в браке уже 56 лет.

Родители Степана смотрят на меня мягким, искрящимися добротой глазами. Григорий Аркадьевич на самом деле похож на викинга. Степа нисколько не ошибся в сравнении. Внешний вид Симы Иосифовны, меня искренне радует тем, что мы с ней по росту, фигуре и комплекции очень похожи.

Я всю дорогу мучилась ужасными переживаниями, что буду самой здоровой из присутствующих женщин. "Ну, вот уже легче", — с этой мыслью выдыхаю я.

— Мама, папа, это моя Любаша! — со щемящей нежностью в голосе произносит Степан, сильнее прижимая к себе.

Викинг смотрит на меня, хитро прищурившись, протягивает руку, мягко пожимая мою. Мама, как истинная женщина на эмоциях не экономит.

— Ой, ну, слава небесам! Любушка, я так Вам рада. Хотя давай, деточка, сразу обойдёмся без глупых расшаркиваний и "выканий", — несколько басовитым голосом говорит мама Сима и заключает меня в объятия. — Да, с детьми твоими мы с дедом уже познакомились. Они все нам понравились. Мы их уже облобызали, обняли и приняли в свою семью. Проходи, дочка, проходи. Будь, как дома! И никогда не думай, что ты в гостях…

— Мерзавка, гадина, тварь, — кричит, брызгая слюной во все стороны, мать Анатолия, ворвавшаяся ко мне как торнадо. — Мой сын, твой муж, попал в беду! Звонит тебе уже два дня, а ты не соизволила даже ему ответить. Гадина — ты мерзкая, Любка, вот же ж пригрели шалапутную девку на своей груди на свою погибель. Дрянь распутная, я только в посёлок приехала, как тут же со всех сторон понеслись слухи, что жена моего сыночка шалава. Только Толечка поехал нервы свои подлечить, как ты- мразина бомжа какого-то в дом семейный привела. Тьфу, тьфу, на тебя, блядина конченная!

— Анна Васильевна, зачем Вы так грязно ругаетесь? Не пристало Вам, учителю русского языка и литературы, так некрасиво выражаться! — стараюсь говорить более спокойно и примирительно.

Бороться с этим высокопрофессиональным педагогом энд директором школы, прекрасной женой и матерью моего мужа Анатолия у меня в настоящее время нет никаких сил.

— Да, заткнись ты, шаболда! Ни тебе меня учить. Ты после вуза в школе ни дня не отработала. Белоручка и лентяйка. Сразу на кафедру пристроилась. Видно тогда уже знала, каким местом нужно дорогу себе пробивать.