Лицо из снов

Марли опять пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он стоял прямо перед ней, огромный и мрачный, как грозовая туча. Глаза его были закрыты непроницаемо черными очками. Ей всегда становилось немного не по себе, когда она не могла видеть глаз собеседника. Как и там в полиции, его приближение оголило все ее нервы. Она с трудом подавила желание отступить на шаг назад.

— Что вам от меня нужно? — холодно и ровно спросила она.

Он протянул свою большую руку к тележке, без видимых усилий поднял один из четырех тяжелых пакетов и опустил его в багажник машины.

— Просто решил помочь вам переложить покупки.

— До сих пор мне как-то удавалось обходиться в жизни без вашей помощи, детектив. Думаю, что справлюсь и теперь.

— Да мне не трудно. — Улыбка, появившаяся у него на лице после этих слов, была насмешливой. Он быстро перекинул оставшиеся пакеты из тележки в багажник и проговорил:

— Можете меня не благодарить.

Марли пожала плечами.

Отвернувшись, она отперла машину и села за руль. Место парковки перед ней было свободно, поэтому, для того чтобы выехать со стоянки, ей не нужно было подавать назад, на машину детектива, и тем самым снова вступать с ним в разговор. Она уехала оттуда, предоставляя ему самому позаботиться об опустевшей магазинной тележке. Не до любезностей. Марли чувствовала усталость, подавленность и была раздражена. Хуже того: она испытывала страх. Нет, не перед детективом Холлистером, который был ей просто неприятен. Причина страха лежала гораздо глубже.

Она боялась того выродка, который зарезал Надин Виник. Это был не человек, а чудовище.

И еще Марли боялась самой себя.

К тому времени, когда она остановилась на втором светофоре после магазина, он уже догнал ее и снова пристроился сзади. Похоже, улицы с оживленным движением были его стихией.

Когда впереди показался ее дом, Марли не испытала привычной радости. Она нисколько не сомневалась в том, что ее святилище непременно будет осквернено этим здоровенным угрюмым человеком, который в первые же минуты их знакомства вызвал у нее стойкое чувство неприязни. Ей свойственно было скептическое отношение к людям, но чтобы сразу неприязнь?.. Это слишком. Ей было немного неудобно перед собой за это, и в то же время она удивлялась своему смущению.

Как Марли и ожидала, Холлистер свернул на на подъездную аллею прежде, чем она успела выключить в своей машине зажигание. Он вышел из машины, снял очки и сунул их в карман рубашки. Она терпеть не могла солнечные очки, но сейчас вдруг пожалела о том, что он их снял. Пожалела, потому что теперь чувствовала на себе тяжелый устрашающий взгляд его карих с зеленым отливом глаз.

— Что теперь? — спросила она.