Лисы (ЛП)

Пристроившись под каменной аркой над черным ходом многоквартирного дома, я оглядываю парк через дорогу и улицу, потом достаю свой блокнот, замотанный от сырости в целлофан.

Под одним из ветвистых деревьев напротив сидят две девчонки. Жмутся друг к другу, блестящие юбки натянуты до колен. По тротуару слоняется мальчик – голова опущена, вид такой, словно ему безразлично, что он вымок до нитки. Одет он иначе, чем те, кто собирается у реки. Не блестит. Одежда чересчур велика ему, будто он выудил из мешка с пожертвованными вещами первое, что попалось под руку. Даже отсюда мне видно, как обувь так и норовит соскользнуть с его ног.

Мои глаза неотрывно следят за ним, пока он бродит туда-сюда.

Чем дольше я за ним наблюдаю, тем сильнее ощущение, что ему и впрямь все вокруг безразлично.

Здесь не притормаживают машины. Нет прохожих. И нет акул.

– Эй. Ты же друг Дашиэля, верно?

Вздрогнув от неожиданности, я стукаюсь головой о дверь позади себя.

Слева стоит девчонка с полупрозрачным зонтиком. Я не заметил, как она подошла.

Морщась от боли в затылке, я смотрю на мокрую землю. Заворачиваю блокнот в целлофан.

– Извини… Я не хотела тебя испугать, – говорит она.

Я узнаю ее, но на всякий случай бросаю вверх быстрый взгляд.

– Ничего. – Я наворачиваю вокруг блокнота все новые, новые и новые слои целлофана – это занятие я могу растянуть надолго. И чего ей от меня надо…

– Дашиэль говорил, ты не очень-то разговорчивый. Вот. Это тебе. – Она протягивает мне бумажный пакет в жирных пятнах.

Спрятав блокнот в карман, я беру пакет в руки. Он горячий. Я еще даже не подумал и не посмотрел, что внутри, а во рту у меня уже скапливается слюна. Пахнет корнуэльской булочкой или чем-то таким же вкусным. Я поднимаю взгляд. Сглатываю с сердцем, застрявшим в горле.

– Спасибо. – Иногда слова становятся для меня словно инопланетными существами, но не забыть поблагодарить – это важно.

– Ты так долго стоишь тут, что весь промок. Тебе сегодня есть где заночевать?

– Там сухо? – В ее голосе беспокойство.

Я, правда, не понимаю, почему она обо мне беспокоится.

– Хорошо. – Ее дыхание замерзает в воздухе, пока она говорит и, греясь, притоптывает на месте.

Сам я уже забросил попытки согреться.

Пальто Донны еле прикрывает ее короткое платье. Молния на пальто разошлась. Молнии я чинить не умею. Но мне хотелось бы научиться. Я хочу научиться чинить абсолютно все.

Аромат свежей булки сводит меня с ума. Может, Донна не будет против, если я начну есть прямо сейчас? Хотя вряд ли ей понравится смотреть, как я ем. И заставлять ее мне неловко.

– Слушай, если когда-нибудь захочешь поговорить… или просто… то я здесь почти каждую ночь. Или тут, или возле реки… Мне тоже его не хватает.

Я отваживаюсь посмотреть ей в лицо.