Лишняя. С изъяном

Леди Суон, будьте любезны проследовать за нами, не привлекая всеобщего внимания. Это не в ваших интересах.

Соседи по лавке уже начали заинтересованно коситься на неприметного мужчину в темно-серой униформе внутренних служб. Я поднялась без лишних споров и последовала за службистом, надеясь, что клятва меня спасёт. Хотя, если отец отдаст прямой приказ… Кто знает, что перевесит: он или отдача от покушения?

Королевская ложа на балконе центрального корпуса была пуста. Король под шумок успел перейти в другое место, приказав доставить меня следом. Повертела головой, но сестры не увидела. Все еще на арене или ушла в общежитие? Будет ли она присутствовать при разговоре и не ошиблась ли я в ней?

Мысленно подрагивая коленками, я послушно дошла вслед за серым мужчиной до кабинета ректора. В этом крыле мне еще бывать не приходилось. Все вопросы с поступлением мы улаживали с деканом факультета. Молодой худоватый шатен, секретарь, подскочил из-за стола, торопясь открыть перед нами дверь.

Самого ректора в кабинете не оказалось. Его-то я знала в лицо.

Зато в кресле за солидным столом расположился король, а за ним, вцепившись в спинку, как утопающий в ветку, замерла побледневшая королева.

Его Величество кивнул службисту, и тот поспешно прикрыл дверь, оставшись по ту сторону."

"— Ваше Величество, Ваше Величество, — присела я в последовательных реверансах и замерла, чинно сложив руки на животе и потупившись.

— Неплохо тебя выучили. В пансионе или Суон постарался? — хмыкнул родитель снисходительно вместо приветствия.

— Я долго обучалась в пансионе Святой Елены, а затем лорд Суон был столь любезен, что нанял мне дополнительных преподавателей, — благовоспитанно прошелестела я.

Королева побелела еще больше.

— Неужели… ты и правда наша дочь?

Вместо ответа я выставила два средних пальца. Один в сторону короля, другой — королевы.

В этом мире не было двусмысленного значения этого жеста, так что я получила немалое удовлетворение от своей потайной мести. Давно хотелось высказать, что я думаю о тех, кто сдал своё дитя чужим людям и вспоминал о ней только по праздникам. Хоть так душу отведу.

На пальцах посверкивало по печатке из того клада, что я отвоевала у матери-настоятельницы. Как чувствовала, что придётся их демонстрировать. Я их уже неделю таскала, еще с того визита в кабаре вместе с принцессой. Понятно, что незамеченным наш демарш не остался и со мной наверняка захотят пообщаться. Они еще затянули, я как-то раньше реакцию ждала.

Лицо королевы вытянулось, приобретая пепельный оттенок, под цвет волос. Король вытаращил глаза. Приятно, значит, все же они сами подарок выбирали, не на секретаря оставили. Узнали печатки.

— Катраона? — едва слышно, одними губами пробормотала Аннора. — Но как?..