Лиса в аптечной лавке

– Например, не начнете закидывать панталоны на люстру. Красные панталоны. У вас есть такие, в самом деле? Я бы посмотрел, учитывая, что до сих пор не удостоился чести лицезреть ваше нижнее белье.

Я хватанула ртом воздух, разом позабыв все слова. Нет, ну каков нахал!

– И не увидите!

– Посмотрим, – ухмыльнулся он, и от того, насколько двусмысленно это прозвучало, меня бросило в жар.

– Дались вам эти панталоны! Можно подумать, вы ни разу не видели женского нижнего белья!

– Красного? На люстре? Никогда. И если доведется увидеть, это зрелище навсегда останется в моей памяти.

Что ж, сама напросилась. Проглотив ругательство, я ввалилась в гардеробную, или будуар, или как там называлась эта комнатка по соседству со спальней.

Нет, здесь браслета нет, я же уже проверила это днем, когда одевалась.

– К слову, кто помог вам с платьем? – делано безразличным тоном поинтересовался Ксандер, оглядываясь по сторонам. – Может, я зря нанял горничную?"

"– У меня нет горничной, спасибо за заботу, – сказала я и, не удержавшись, добавила: – Вы всерьез считаете, будто на следующий же день после свадьбы я пустилась во все тяжкие? Совсем за дуру держите?

– Пока что ничего в вашем поведении не показало великого ума, уж простите.

Ах ты…

А ведь он прав. Если посмотреть на ситуацию с его стороны, что получается? Пять обмороков, сколько-то из них притворные. Вместо первой ночи новобрачная сбегает в ночь холодную – что в какой-то степени объяснимо, но все же разумностью и не пахнет. Потом демонстративно пытается справиться со всем сама, отказываясь от помощи мужа, – при том что жить ей очевидно не на что и вариантов честного заработка практически нет. Это я представляю, что такое обеспечивать себя, знаю, что у меня есть и мозги, и знания, и навыки, осталось лишь понять, как адаптировать их к местным реалиям. А что известно ему? Девочка из приюта, которую он облагодетельствовал – я скрипнула зубами при этой мысли, – женившись и которая с первого же дня после свадьбы чудит?

А попробую признаться, кто я, – сдаст в местный аналог психушки, даже не усомнившись в моем нездоровье, и будет в чем-то прав. Я все еще недееспособна по местным меркам, вот разве что цены на продукты и травы узнала.

– Да, вы правы, – пришлось признать мне. Лицо мужа стало нечитаемым, и я торопливо поправилась: – В смысле не «во все тяжкие», а…

Нет, я в самом деле веду себя как дура!

– Одеться мне помогла соседка.

Я снова оглядела комнату. Где же этот браслет, чтоб его? Раз его нет в гардеробной, значит, и снимала я его не здесь. Тогда где? Вспомнить не получалось. Я всегда была рассеянной: не счесть, сколько раз я обнаруживала масло в хлебнице, а хлеб в холодильнике.