Лиса в аптечной лавке

И я пошлю Томаса с распоряжением слугам… Думаю, Энн лучше остаться твоей камеристкой, а уборку переложить на горничных. Двух хватит. Еще садовник и…

– Погоди, – перебила его я. – Ты твердил, что я должна жить в твоем доме.

– Я твердил, что муж и жена должны жить вместе. Но я не привязан к родному дому. – Он задумчиво добавил: – Не знаю почему, но там всегда было… холодно, если ты понимаешь, о чем я.

Я кивнула. Если в семье нет тепла, и самый вылизанный дом будет холодным.

– Там моя приемная, и я оставлю все как есть: пациенты привыкли, да и мне не хочется обустраивать все заново. Но жить я буду здесь. И предупреждаю, Лиска: просто так ты от меня не избавишься, – улыбнулся он. – Даже топор не поможет.

– Это я давно поняла.

– Он все еще в спальне?

Я охнула и расхохоталась. Совершенно забыла, что топор до сих пор лежит под кроватью.

– Если первым будет мальчик, я умру от смеха.

Но жаль, что в этом мире нет противозачаточных. Или не жаль? Я замужем, вроде бы здорова, места в доме хватает, денег тоже – так почему бы и нет? Детей я люблю.

– Нет уж, не умирай, – неожиданно серьезно сказал Ксандер. – И от смеха тоже.

Он снова сменил тему:

– Значит, я напишу в агентство по найму прислуги. Просить, чтобы присылали днем или ближе к вечеру, чтобы мы оба могли поговорить?

– Вместе. Я не знаю, как нанимать прислугу.

Он кивнул:

– Хорошо. Днем будешь учить?

У меня были другие планы. Опробовать отобранные и просчитанные рецепты кремов и лосьонов, принести образцы в лавки, с которыми я договаривалась. Но до того – заглянуть на рынок, объясниться и помириться с торговкой травами: качество у нее намного лучше конкурентов, не стоит из-за недоразумения терять такого поставщика. К тому же для лосьона от прыщей мне нужна салициловая кислота. Где приобрести чистую, я не знаю, но рецепт допускал второй вариант – с магически обработанным отваром ивовой коры. Вот за ней-то я и собиралась заглянуть на рынок.

– Как она выглядит? – спросил Ксандер, услышав про торговку.

– В возрасте. Худая. Серые глаза, глубоко посаженные. Нос такой… Хороший такой нос. – Я жестом изобразила нос бабы-яги.

– Неужто сама леди Окли? – изумился Ксандер.

– Ты ее знаешь?

– Да, если это действительно она. Женщины этой семьи поколениями занимаются травами. Бабка леди Окли удостоилась потомственного дворянства, в виде исключения передаваемого по женской линии, за то, что избавила короля от кожной болезни. Сестра леди Окли была одной из моих наставников. – Он помрачнел. – Она погибла десять лет назад, не пережила допросов. Несчастный случай, или ее убили намеренно – никто так и не узнал.

Так вот почему травница так отреагировала, поняв, для какого зелья я хотела купить травы.