Липовый мед

Потом медленно выпрямилась и потянулась к сумочке, доставая салфетки.

— Ты — сумасшедшая, — прохрипел Костя, медленно поправляя одежду.

— Это ты меня делаешь такой, — запоздалое смущение окрасило скулы в розовый, но темнота всё скрыла.

Окна медленно поползли вниз, впуская в разгорячённый салон свежий весенний воздух. Костя нашёл в темноте её руку, притянул к себе, обнял и поцеловал.

— Когда вернёшься, я покажу тебе свой дом.

— Думаешь, я соглашусь к тебе приехать?

— А разве нет? — Он лениво улыбнулся, убрал с её лица выбившуюся прядь.

— Я подумаю. — Алиса звонко чмокнула его и выпрямилась, слегка поморщившись — коробка передач всё это время довольно ощутимо впивалась в бедро. — Я вернусь в пятницу, тогда и поговорим.

— Тогда до пятницы. — Костя наблюдал за тем, как она приводит себя в порядок, смотрясь в зеркало заднего вида. Но, стоило взять в руки сумочку, как он резко подался к ней, вновь находя её губы, вовлекая в долгий, сладкий поцелуй. — Я буду скучать.

Алиса шла до подъезда, улыбаясь, пока Костя провожал её взглядом. Стоило двери закрыться, как Камаро сорвалась с места, исчезая в темноте. Стараясь слишком не шуметь, Алиса достала ключи и осторожно открыла дверь, но дома её ждал сюрприз — дочь стояла в коридоре, сложив руки на груди, и хитро на неё смотрела.

— И кто твой новый ухажёр? Это тот, что дарил цветы? Машина крутая. Жаров, кажется?

— Ты следила за мной? — нахмурилась Алиса, лихорадочно вспоминая, где и как стояла машина и что можно было увидеть с высоты их этажа.

— Я со Светкой болтала на балконе, видела, как ты выходишь из машины. Кстати, не видела, как вы подъехали. — Наташа хитро прищурилась. — Целовались, да? Ты бы мне его хотя бы показала, раз у вас всё серьёзно."

"— Нечего пока показывать. — Алиса сделала вид, что сосредоточена на шнурках кед, обречённо думая, что не представляет, как выпутываться из образовавшегося клубка. Как рассказать Косте, что у него есть взрослая дочь, а той, в свою очередь, что, кажется, закрутила роман с её отцом…

— Не мешаю? — Костя позвонил Игнату ближе к обеду.

— Нет, — раздался слегка запыхавшийся голос. — Я бегаю.

— За Таней по дому? — хмыкнул Костя.

— По беговой дорожке, — в тон ему откликнулся Игнат. — У тебя что-то важное?

— Не знаю. Думал заехать, впервые за долгое время совершенно нечем заняться дома.

— Чувствую, меня ждут долгие излияния о том, почему тебя опять продинамила Алиса?

— А может, это я послушаю, почему ты один? Жди, буду через час.

Не переставая улыбаться, Костя выключил телефон и подбросил его в руке. После вчерашнего вечера, и не только его завершения, но и всего, что было до, он чувствовал непрерывную, глухую тоску и потребность видеть Алису. Постоянно видеть, каждую минуту, просто смотреть на неё, слушать и держать за руку.