Лётчик

Поэтому с трудом отбрехался, сделав таинственный и многозначительный вид, сослался на приказ командующего. Никто же проверять не осмелится. Да и мне сейчас лучше рядом с самолётом находиться. Спокойнее за технику будет. Испросил для собственных нужд котелок с некоторым количеством припасов и с чувством явного облегчения покинул крейсер. Ну ни разу не морская у меня душа, а море я, само собой, очень и очень люблю. Только люблю с берега. Как-то так.

Осмотрел самолёт, заглянул в заднюю кабину. За это время в ней всё отмыли, отдраили. Даже проявили разумную инициативу и заодно постарались оттереть от потёков масла плоскости и нижний гаргрот фюзеляжа. Плохо, конечно, получилось, но хоть так. Самому нужно было при этом присутствовать и руководить. Ничего, в следующий раз они у меня всё тщательно отдраят. Как на корабле. Эх, мечтать не вредно. Ну чем они смогут масло отдраить? Не горячей же водой?

Походил вокруг плоскостей, поковырял пальцем пробоины от пуль. Это нам ещё повезло, что ни один осколок или пуля не зацепили жизненно важные органы аэроплана после взрыва. Мотор, бензобак, перебило бы тросы управления и ага — привет вам, чёрные волны Балтики, или, что ещё хуже, вероятный плен. Если бы вообще живы после такого остались. Так что волны на девяносто восемь процентов вернее… Два процента на удачу и везение откину.

Ладно, с ремонтом определился, в общем-то, ничего сложного, лишь бы ткани хватило на заплатки и клея с лаком. Тают мои запасы, тают. Нужно будет по возвращении в Ревель обязательно обновить ремонтный комплект.

Пришла пора развести костерок и приготовить себе что-нибудь перекусить. Пацанята вокруг так и вьются, любопытствуют. Их за дровишками и отправил. Воды бы где-нибудь набрать…

Пошёл к ближайшему дому, упёрся в заросшую густым бурьяном жердину невысокой изгороди.

И тишина… А на дворе только… Утки да гуси шляются. Последние насторожились, головы на длинных шеях в мою сторону повернули, загоготали — шипят, заразы.

Нужно вход искать. Лезть через жердины напрямую неудобно, да и нельзя, не поймут меня. И не то чтобы я эту птицу испугался, хотя очень уж грозно она выглядит, вон к жердинам потихонечку подступает. Просто нечего без позволения в чужой двор проникать подобным образом. Так только с плохими намерениями лезут. И не спасёт меня, что я не ночью перелезу, а днём. Прибить не прибьют, а отношения мгновенно испортятся. Потом всё оставшееся время будут в мою сторону косо смотреть. Оно мне нужно, такое счастье? Ведь мне здесь ещё неизвестно сколько времени куковать. Мало ли что там доктор по Михаилу напрогнозировал? Организм человеческий есть сущность малоизученная, ожидать от него можно что угодно.