Ломаные линии судьбы

С видом демонстративного превосходства фыркнул, показывая, что его эта история не касается, а вдряпалась она очередной раз, потому что дура вот такая, что с неё возьмёшь, всегда куда-нибудь встревает.

– Да сам ты… – попрекнула его Глашка и предупредила: – В следующий раз спасать не буду, хоть пусть что с тобой случится.

Ей ужасно – ужасно, ужасно, до паники и мелкой внутренней дрожи! – не хотелось соваться в эту клятую приоткрытую дверь! Но Аглая знала, что всё равно сунется, и оттягивала этот момент как могла – вон с животным разговаривала. Ну а с кем ещё?

– Может, я того… спать пойду? – спросила она у кота, вглядываясь в пробивающийся из-за щели неяркий свет. – А утром разберёмся, что там у него снова случилось? – и посмотрела на Валерьяна. – А?

Почему-то в этот раз он уставился ей прямо в глаза, никаких гримас и ужимок не изображая.

– Ясно, – тягостно вздохнув, кивнула Глаша. – Я спать, а ты снова орать примешься… – И попрекнула: – Так не орал бы, а сам зашёл и общался бы с врагом своим разлюбезным.

Тут она вдруг спохватилась, уловив мысль:

– А как ты здесь вообще оказался-то? В четыре утра? Что, хозяйка снова забыла дверь запереть?

Аглая посмотрела на дверь Музы Павловны и подивилась ещё больше: дверь соседки была закрыта без всяких щелей и зазоров. Значит, что? Значит, Вилли не выходил из своей квартиры?

Так, одёрнула себя Аглая. Ладно. Придётся проверить, что там с этим соседушкой снова приключилось, а то, что приключилось, – это верняк, и гадать не надо, иначе чего бы Вилли так орал посреди ночи.

Может, конечно, он таким образом «предъяву» очередную соседу выкатывал, а может, и нет.

Аглая снова призвала себя вернуться к актуальной проблеме. Пофиг, про что там котище голосил, надо просто пойти посмотреть по-быстрому и идти уже дальше спать – раньше разберётся, раньше освободится.

Видимо, почувствовав готовность девушки к действию и робкому подвигу, Валерьян поднялся с коврика и отступил в сторону, освобождая ей проход в квартиру.

– Что? – спросила отчего-то шёпотом Глаша у кота. – Со мной не пойдёшь?

Валерьян посмотрел на неё с надменным упрёком, но готовности сопровождать не выказал.

– Ну конечно, – попеняла ему всё так же шёпотом Аглая, – как орать обалдуем, так ты первый, а как на настоящее дело идти, так сразу хвост поджал.

– Фр-р-р, – фыркнул недовольно Вилли и демонстративно отвернулся.

– Ну и сиди, – отчитала его Глаша.

И, без всякого предупреждения окриком-призывом из разряда «есть кто дома?», как в предыдущий раз, но, как и тогда, одним пальчиком за ребро, Аглая потянула на себя дверь, раскрывая пошире, и осторожно переступила порог.

И остановилась, с ходу сильно подивившись – в прихожей не было мебели. То есть не только мебели, а вообще ничего не было. Стены-пол-потолок – всё.