Гончие Лилит

 – Сколько ты хочешь за то, чтобы закрыть проект «Сэм Оушен» прямо сейчас и отдать мне то, что тебе не принадлежит?

А вот и обличье пираньи. Лоб разгладился. Зрачки прищуренных карих глаз холодно заблестели.

– Художника, на выставке которого ты в данный момент находишься, называют Босхом наших дней. Едва ли не его инкарнацией. Если это имя для тебя не пустой звук, – заговорила Лилит, водя пальцем по инициалам, выведенным в нижнем углу картины. – Иероним Босх – голландский художник, живший на рубеже пятнадцатого-шестнадцатого веков. На своих полотнах он изображал ад с такой шокирующей детализацией, что многие были уверены, что он побывал там при жизни. Его полотна невозможно купить, они хранятся в крупных и значимых музеях. Каково же было мое счастье, когда я обнаружила, что среди современных художников есть такие, чья гениальность соперничает с гениальностью Босха. Картина, которую ты видишь перед собой, скоро будет стоить целое состояние, и ее будут стремиться заполучить все коллекционеры мира. Но я, пожалуй, куплю ее даже не из-за потенциальной стоимости, а просто потому, что мне нравится сюжет…

– Ответь мне! – потребовала я. С таким же успехом крыло бабочки могло потребовать подчинения У бури.

– «Охота на Богородицу». Так она называется. Смотри, вот эта Женщина, несущаяся верхом на лошади, это избранница Камаэля. В сгущающейся вокруг нее темноте можно легко рассмотреть верховных демонов: Асмодея, Вельзевула, Бельфегора. Один несется за ней на черной собаке. Другой парит совсем рядом, расправив угольно-черные крылья. А тут…

– Ближе к делу, Лилит.

– А тут сама невеста дьявола вкладывает стрелу в свой арбалет. Сейчас она спустит тугую тетиву, и стрела полетит быстрее пули. И пробьет Богородице легкое. Яркая, как гранатовый сок, кровь зальет голубое платье. А псы Сатаны стащат раненое тело с лошади и дадут волю клыкам. Хоть и Богородица, она все же обычная женщина, из плоти и крови. Божества любят именно таких. Они никогда не влюбляются в себе подобных, вот в чем странность…

– Да плевать мне на эту картину! И на все картины на этой проклятой выставке! Ты слышишь?! – заорала я, выдергивая бокал с шампанским из рук Лилит.

В зале мгновенно воцарилась тишина. Лилит пригладила волосы и неловко улыбнулась присутствующим, словно говоря: «Глупышка не ведает, что говорит».

– Говори тише, Полански, пока секьюрити не выставили тебя вон. Не разбираешься в искусстве, не выносишь музыку, равнодушна к живописи. Признаться, раньше ты казалась мне весьма интеллигентной. Но стоило мне предоставить тебя себе самой, и ты мгновенно вернула себе облик официантки. Не хватает только фартука и физиономии попроще.

«Я – воздух. Все пули и камни проходят сквозь меня, не задевая меня.