Лилия между тернами

— Боже, Римман, заткнись ты, ради Бога! Черт, ты в самом деле думаешь, что мне интересно узнать, какой же ты козел?

Римман стрельнул на меня глазами, явно показывая, что мои слова задевают его. Самое интересное — в это момент его лицо ясно давало понять, что он абсолютно искренне не понимает причин моей злости. Но водка делала меня смелее, и бояться его прямо сейчас я не собиралась.

— Следи за тем, что говоришь! Я вовсе не заставляю тебя изображать любовь ко мне. Просто предлагаю тебе постараться не провоцировать меня прилюдно, и тогда ты сама же избежишь таких же публичных наказаний. И если тебе это польстит, то ты первая и единственная, с кем я буду появляться на людях.

— О, поверь мне, Римман, отношения с тобой не могут польстить ни одной уважающей себя женщине, — кажется, мой язык совсем развязался. — Надо быть совсем тупой, чтобы гордиться тем, что взгляд такого кота озабоченного задержался на мне чуть подольше.

— Ну да, принцесса, я тебе ведь кровями не вышел, так? Насколько я знаю, твой будущий муженек не пропускал ни одной дырки, даже когда приезжал навестить свою миленькую подрастающую невесту. Но ему-то можно, у него-то происхождение благородное!

— Пошёл ты! — прошипела я. — Мне плевать на вас обоих! Все мужики одинаковы! Думаете только об удовлетворении своих низменных потребностей.

— Вот как, Ники? Только мы такие? А сегодня в ресторане не ты ли тр*хала меня на сухую так, что у меня крышу сорвало? И как думаешь, в тот момент ты бы отказала мне, если бы я решил взять тебя прямо на том столе?

— Не хочу с тобой об этом разговаривать!

— А вот в этот раз я с тобой согласен. Не время и не место. Давай лучше еще выпьем и скрепим наш мирный договор.

— А давай! Только учти, что тебе очень скоро придется уложить меня баиньки.

— Я как-нибудь справлюсь. У меня здесь пара встреч сегодня, а потом поедем домой.

Вскоре к Римману подошёл один из парней и что-то сказал на ухо. Тот кивнул и поднялся.

— Я недолго. Будь хорошей девочкой.

Римман ушёл куда-то вглубь бара, а я оказалась за столиком одна. Хотя неподалёку расположились те двое парней, что выпроваживали девицу. Любую попытку приблизиться ко мне они пресекали. Так что вокруг моего столика образовалась прямо какая-то зона отчуждения. В баре становилось все больше народу, и похоже, что всех интересовала моя одинокая персона за этим столиком.

Шум нарастал, музыка становилась все громче, люди и перевертыши общались, пили, курили, смеялись. Девицы с визгом плюхались на колени байкеров, официантки метались по залу все быстрее. И только я опять сидела словно безучастный зритель. Никто не подходил и не говорил со мной."

"Минут через сорок вернулся Римман.

— Не устала? — я пожала плечами. — Еще чуть-чуть.