Лили

Дэвон рассеянно уставился в темный угол спальни, прислушиваясь к ее легким удаляющимся шагам. Ветер сердито швырнул в оконное стекло тяжелую горсть дождевых капель, и ему стало не по себе при мысли о том, что ей придется еще раз выйти во двор. Будь у него выбор, он не стал бы ее просить: он вышел бы сам или послал кого-то еще. Но выбора не было. Он сам не понимал, почему доверяет ей, просто доверился, и все.

Боль в плече накатывала волнами. Чтобы отвлечься, Дэвон стал вспоминать вчерашнюю встречу с ней в парке, прерванную появлением Клея. Она хотела переспать с ним, но обуздала свое желание. Это его поразило: обычно девушки из прислуги не были так щепетильны. Он отослал ее прочь, и с тех пор взгляд, который она на него бросила, преследовал его неотступно. Она почувствовала себя униженной. Но почему? Чего она от него ожидала?

Боль немного отступила. Он выбросил из головы Лили и стал думать о брате. Вот уж верно говорят, что Бог дураков любит: ему удалось ускользнуть без единой царапины, и сейчас его чертов шлюп уже где-то на середине Ла-Манша. Если всегдашнее везение ему не изменило, он, должно быть, успел уйти достаточно далеко на юг, чтобы не попасть в шторм. Зато сам Дэвон валяется тут полумертвый, слабый, как новорожденный жеребенок, и ему приходится полагаться на помощь служанки, чтобы избежать ареста за нападение на отряд королевской стражи. Так что, когда Клей вернется, братьям предстоит крупный разговор.

Он устало потер лоб и досадливо поморщился. Если не считать такого пустяка, как штыковая рана в плече, дело в бухте Сент-Реми прошло именно так, как он надеялся. В перестрелке, насколько ему было известно, никого не убили, Клея никто не узнал, и сейчас он скорее всего находился в безопасности, может быть, уже на французской земле. А самое главное, когда Клей вернется из Франции, ему придется соблюдать уговор и отказаться от своей дурацкой игры в Робин Гуда. Карьера контрабандиста для него закончена. Два года Дэвон жил в вечном страхе, ожидая, что брата вот-вот поймают, осудят, повесят. Теперь этому тоже придет конец. Клей наконец-то вынужден будет найти себе какое-нибудь разумное занятие. Пойдет ли речь об управлении рудником или о чем-то другом – ему решать, Дэвон не собирался его принуждать, да и не смог бы, даже если бы захотел. Важно одно: знать, что Клей в безопасности и занимается чем-то законным.

Боль вернулась. Глубокая, жгучая, она вызвала испарину во всем теле. Боже милосердный, хоть бы девчонка принесла коньяку, когда вернется! Доктор дал бы ему глотнуть настойки опия, но прибегнуть к услугам доктора он не мог. Приходилось полагаться только на Лили Траблфилд. Дэвон закрыл глаза, стараясь не замечать пульсирующей боли в плече, и вновь вернулся мыслями к ней.