Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера

Марию везли с эскортом, одна из машин которого принадлежала Юрке, он подъехал к дому первым, где была и его квартира, и уже с кем-то разговаривал. Проходя мимо, мадам бросила, даже не поворачивая головы: «чемоданчики поднеси». Разумеется, реакция была предсказуема — серая мышка, напрашивающаяся когда-то в ресторан или на дискотеку, обычная, ничем не замечательная девушка с тяжёлой костью и широкой голенью, напоминавшая «воспиталку» из детского сада, вдруг ставшая девушкой, затем гражданской женой, а теперь и официально оформленной, быстро поднялась по поведенческим характеристикам сначала до уровня, а сейчас и выше мужа, не стесняясь и пользуясь его окружением, как прислугой. Зайчик поменял морковку на мороженное в золотистой обёртке, почувствовал власть не только над людьми, обеспечивающими быт и комфорт их семейной четы, но и над мужем, а значит, и частью его бригады. За какие-то месяцы привыкнув выделяться, что повлекло не только наслаждение властью, но и дом на Тенерифе за деньги с «общака», и охрану, и водителя, и всякую другую прислугу, а также перестав замечать вокруг себя других людей, ей захотелось иметь носильщика из «близких» Григория и, в принципе, равных, а то и во многом, кроме власти, превосходящих его людей, а Лукьянчиков был одним из семи имеющих право практически равного голоса.

Разумеется, чемоданы остались на месте, а вслед прозвучало напоминание о прежнем уровне жизни и настойчивая просьба не забываться, мягко говоря. В квартире, где радостный супруг после долгой разлуки начал ворковать над супругой, его, вместо любовных утех ждал скандал прямо с порога и «замечательный» вывод, из которого муж должен был понять, что не уважая и насмехаясь над ней, то же самое происходит и над ним. Нахала нужно наказать! Вместо того, что бы осадить, объяснить и научить, супруг и наш растроганный «главшпан» дал команду, и жизнь Юрия остановилась через несколько дней, определив его остатки, до следственного эксперимента, в очередном лесу.

Не знаю точно, но слышал, что будто бы его черепная коробка была прошита пятью пулями, выпущенными из пистолета ТТ, неплохим в общем-то парнем, Алексеем Кондратьевым (Кондратом), когда-то бодибилдером, рокером и даже, в своё время, хорошим знакомым «Хирурга». Его физиономия дважды мелькала в каких-то фильмах нашего кинематографа. Добрый по натуре, страдающий тяжелейшей формой эпилепсии, преданный, никогда не задумывающийся в силу своего интеллекта, он сделал то, что ему приказали, а на вопрос: «Почему так много выстрелов?», — отвечал: «Но ведь люди всякие бывают, а так наверняка»."

"Узнав это, у меня вообще пропало сожаление о возможной смерти Григория. Не мне осуждать и, тем более, не мне судить.