Лихорадка в крови

Стража сообщила им, что Микаел и Анетта до сих пор находятся на борту. Причину их задержания Доминик с Виллему так и не поняли.

Поскольку Доминик был королевским курьером, их пропустили на шхуну, где скопилось и много других норвежских пассажиров, не имевших отношения к Людям Льда. Условия на борту были довольно суровые, а со временем обещали стать еще труднее. Пассажирам угрожали голод, грязь и болезни.

Вооруженный страж с кислой миной проводил Доминика и Виллему на верхнюю палубу, где была вся семья. Потом он отошел в сторонку, но так, чтобы держать их под надзором.

При появлении Виллему и Доминика родные взволновались. Они не верили своим глазам.

Виллему быстро убедилась, что здесь собрались все: старый Бранд, усталый, но с гордо поднятой головой, Андреас, Эли и их сын Никлас из Линде-аллее; Маттиас, Хильда и Ирмелин из Гростенсхольма; ее собственные родители и родители Доминика.

Слава Богу, подумала она.

— Что ты тут делаешь, Виллему? — воскликнула Габриэлла. — Ведь ты должна быть сейчас у бабушки!

— Я туда не поехала, — ответила Виллему. — Вместо этого я последовала за Домиником.

— Она спасла мне жизнь! — поспешно вмешался Доминик, чтобы предупредить возмущение, уже было мелькнувшее в их глазах. — А что случилось с вами?

За всех ответил старик Бранд:

— Благодаря Микаелу и Анетте, которые оказались на борту вместе с нами, нас содержат более или менее сносно. Стража побаивается твоих родителей, Доминик, подозревая, что они пользуются большим влиянием. А вообще-то солдаты в гавани плохо обращаются с иностранцами.

Он благодарно взглянул на Микаела и Анетту. И началась долгая церемония приветствий.

— Как я рад снова видеть тебя, дитя мое, — сказал Калеб Виллему. — Откуда вы сюда приехали?

Доминик глубоко вздохнул:

— Нам нужно сообщить вам одну новость. Мы с Виллему обвенчались. Теперь она моя жена.

Воцарилось напряженное молчание.

— Обвенчались? — выдавил наконец Никлас. — Вы все слышали? Они обвенчались! Значит, и мы с Ирмелин имеем право пожениться! Теперь никто не сможет помешать нам!

Ирмелин уже стояла рядом с Никласом, держа его за руку. Они как бы образовали единый фронт против всех.

— Доминик и Виллему не имели права жениться, — с трудом выговорил Андреас.

— Что ты наделала, Виллему! — всхлипнула Габриэлла.

— Как ты мог, Доминик, ведь ты знаешь, чем это чревато! — сказал Микаел.

— Это было неизбежно, отец, — тихо сказал Доминик. — Возможно, несколько лет мы бы еще и прожили друг без друга. Но рано или поздно нам суждено было соединиться.

Габриэлла кивнула: она давно знала, что это вопрос времени.

— А если у вас будет ребенок? — в отчаянии воскликнул Маттиас.

Боровшаяся со слезами Виллему слабо улыбнулась:

— Мы постараемся, чтобы все кончилось благополучно.