Лихорадка в крови

Он скромный и питает к ней глубокое уважение. К тому же он смертельно устал и намучился со своей ногой.

От нетерпения Виллему никак не могла заснуть. Когда же вернется Доминик? Она до сих пор ощущала его волнующую близость, от этого чувства у нее пылало все тело, по коже бегали мурашки. Пламя, которое погнало ее за Домиником из Дании в Швецию, сжигало ее сильнее, чем когда-либо. Скоро, уже совсем скоро он будет здесь!

Но на душе у Виллему было тревожно. Этот пастор не внушал ей доверия… Такой почтительный, смиренный, но было в нем что-то такое, что вызывало у нее беспокойство.

Рядом послышался приглушенный плач. Виллему повернула голову.

— Йенс, не горюй, довольно, им сейчас хорошо, пойми это. Что ждало Фольке дома, в Эльмхульте? Действительность имела бы мало общего с его мечтой. А Кристоффер? Он, бедняга, был слишком тщеславен: у него не хватило бы способностей и упорства, чтобы удовлетворить свое тщеславие. Да и Ёте, сколько девичьих жизней он бы еще разбил, останься он жив?

Виллему пыталась быть рассудительной, хотя ей и самой было жаль погибших товарищей. Но Йене нуждался в утешении. Он был слишком простой человек и открыто выражал свои чувства.

— Дело не в них, фрекен Виллему, — всхлипнул Йенс.

— Этого я не могу вам сказать.

К горлу у него подступали рыдания. Виллему быстро повернулась к нему.

— Не глупи. Я очень многое могу понять. Забудь о том, что я женщина, и рассказывай!

Это развязало Йенсу язык.

— Вот этого я как раз и не могу забыть! Вот в чем вся беда-то!

— Да потому что вы женщина. У меня еще ни разу не было женщины, а теперь от любви к вам у меня всю плоть ломит, мочи нет терпеть.

Виллему с трудом удержалась от смеха, до того простодушно он выражал свои чувства.

— Бедняга, — проговорила она.

Йенс пытался в темноте заглянуть ей в глаза.

— А может, можно?.. Да нет, что я такое говорю, я и сам знаю, что нельзя…

— Мне нужна женщина, фрекен Виллему. Вы сами, небось, слыхали: у нас, у мужчин, есть такая потребность. Я никогда не испытывал удовлетворения, а это опасно! Я ведь могу лопнуть!

Господи, что же делать? Она собиралась говорить с ним совсем о другом! Виллему многое знала о природе человека из книг, но собственного опыта не имела никакого. Что, например, говорят мужчине, который тебя хочет? Который думает, что умрет, если не получит удовлетворения? Особенно, когда он такой большой, сильный и лежит с тобой в одной постели?

«Ради Бога, Доминик, возвращайся скорей!» — мысленно взмолилась Виллему.

Но Доминик не мог вернуться раньше полуночи. Положение было затруднительное.

Все осложнялось и тем, что сама Виллему была охвачена тем же желанием, от которого сгорал сейчас Йенс. Только ее страсть предназначалась другому мужчине.