Лихорадка

Пробивая товар, кассирша старалась не смотреть на него. Он стоял перед кассой, и его ярко-оранжевая куртка словно кричала: «Посмотрите на меня, посмотрите на меня!» Но никто не смотрел на Уоррена. Никто не встречался с ним взглядом.

Он молча расплатился, подхватил пластиковые пакеты с провизией и, настраиваясь на долгий путь, собрался было уйти. Но уже в дверях вдруг остановился.

На стенде прессы был выставлен свежий номер еженедельной газеты «Транквиль». Это был последний экземпляр. Он уставился в заголовок передовицы, и пакеты, внезапно выскользнув у него из рук, грохнулись на пол. Дрожащими руками он потянулся за газетой.

«Перестрелка в школе: учительница убита, двое школьников ранены. Арестован 14-летний мальчик».

– Эй! Вы собираетесь платить за газету? – крикнула продавщица.

Уоррен не ответил. Он так и стоял у двери, с ужасом вчитываясь в другой заголовок, почти затерявшийся в правом нижнем углу: «Подросток забил щенка до смерти: обвиняется в жестокости».

В голове пронеслась мысль: «Опять начинается».

Дамарис Хорн завязла в провинциальном болоте и мечтала только об одном – поскорее вернуться в Бостон. «Значит, вот какие наказания придумывает редактор, – возмущалась она про себя. – Стоило нам схлестнуться, и он поручает мне статью, за которую никто больше не берется». Добро пожаловать в Захолустье-На-Озере, известное также под названием Транквиль, штат Мэн. Хорошее название. Местечко было настолько спокойным, что можно было выписывать свидетельство о смерти. Она вела машину по Главной улице, думая о том, что именно так, наверное, выглядел бы город после взрыва нейтронной бомбы: ни людей, ни других признаков жизни, лишь одиноко стоящие здания и пустынные улицы. Здесь должно быть девятьсот десять жителей, так где же они все? В лесах, обгрызают лишайник с деревьев?

Проезжая мимо ресторанчика «Монаганз», она углядела в окне клетчатую рубашку. Есть! Объект в лице местного жителя в традиционном прикиде идентифицирован. (Что за таинственная привязанность к шотландке?) Чуть дальше ей на глаза попался еще один экземпляр: потертый, убого одетый старикан, с пластиковыми пакетами в руках, вышедший из супермаркета «Кобб энд Моронгз». Она притормозила, ожидая, пока он перейдет улицу, и старик пошаркал мимо, опустив голову, всем своим видом выражая вечную усталость. Она видела, как он побрел вдоль берега озера – печальный одинокий силуэт на фоне голых деревьев и серой воды.

Она поехала в сторону гостиницы «Озерная», ставшей ей домом на неопределенное время. Это была единственная местная гостиница, открытая в это время года, и, хотя Дамарис с издевкой называла ее «Тормознутым мотелем», она была рада, что удалось снять хоть какой-то номер при нынешнем наплыве репортеров.