Лихой гимназист

— Отец ведь… владеет ими, да?

— Неужели ты не знаешь? Конечно! Но даже если есть талант, с тёмной стихией надо быть очень осторожным. Иначе заболеешь и умрёшь, как маменька. Тебе надо показаться целителю. Вдруг ты тоже заболел?

— Пока чувствую себя здоровым, так что, думаю, беспокоиться не о чем. Но ведь если отцу дано владеть тёмной стихией, почему мне не дано? Может быть, он напрасно перестраховывается?

— Опять ты за своё. Я не знаю, но папеньке виднее. Он заботится за нас, и если что-то запрещает, то только ради нашего блага.

— То, что он считает благом, действительно является таковым? Вдруг он ошибается?

— Не понимаю тебя. Ты говоришь сегодня как-то странно: и за ужином, и сейчас. У тебя точно всё хорошо?

— Да всё хорошо. Просто думаю. Я же исцелился, у меня хватило сил. Может быть, этой магии можно как-то выучиться? А отец препятствует.

— Ох, Алексей, лучше не испытывай судьбу, — тон Ольги стало строгим, словно у учительницы, — я бы побоялась даже открывать ту книгу без наставника. Не понимаю, как ты не испугался? Слава Богу, что всё обошлось.

— В любом случае, мне опять запретили брать книги, и я, кажется, не скоро до них доберусь.

— И слава Богу! Так будет лучше. Я спать пойду, — сестра поднялась, — а то Софья Матвеевна ругаться будет. Спокойной ночи.

Я тоже пожелал спокойной ночи и, дождавшись, пока сестра удалится, отправился дальше бродить по дому.

Разговор оказался не очень информативным. Тёмные чары тут считались опасными и не у всех были силы, чтобы овладеть ими — вот и всё, что удалось узнать из бесед с отцом и сестрой. А ведь если магия здесь — реальна, было бы неплохо обучиться каким-нибудь фокусам. Вдруг этим можно заработать? Тем более, у Алексея получилось вылечиться, а значит, способности имелись. Но в родительском доме, кажется, все пути к постижению магических искусств, были для меня закрыты.

В дневнике тоже упоминалась данная проблема. В этом мире были две категории людей: обычные и те, кто обладает талантом, то есть, как я понял, способностью к магии. Их называли заклинателями и обучали в специализированных учебных заведениях. Алексея же отправили учиться в обычную гимназию, хотя, судя по отчаянным попыткам парня заняться тёмной магией, талант у него, скорее всего, имелся, а упиралось всё в страх отца потерять сына, возникшие после гибели его супруги. Но если я действительно что-то умею, то не пошёл бы он со своими страхами? Этот вопрос тоже следовало решить.

Из столовой я попал на лестничную площадку, ведущую на второй этаж, здесь же был проход на кухню. Убранство второго этажа даже при тусклом свете керосинки выглядело роскошно. Вероятнее всего, эти помещения служили для приёма гостей. По крайней мере, жилые комнаты тут не обнаружились.

Кухонка оказалась маленькой, душной и вонючей.