Лихие. Бригадир

— Братан, с нас подгон! — попытался улыбнуться здоровый. — Обознались!

— Само собой, — серьезно кивнул я. — Но пока мы с вами не закончили, ответь мне на один вопрос. Откуда волына? ТТ — нечастая штука в наших краях.

— Из Новороссийска, — неохотно ответил «бык». — Копаный. Там, если у знающих людей поспрашивать, много чего есть. Станичники и пулеметы на чердаках прятали после войны. У меня отец оттуда. Все детство в войнушку с настоящим парабеллумом играл.

— Понятно, — задумчиво ответил я. — Ну что же, теперь приступим к наказанию. Поскольку я только что откинулся, то дам вам выбор. Я сегодня добрый. Первое, я каждому влеплю по пуле в колено, и мы в расчете.

— Или? — с надеждой посмотрели на меня грабители.

— Или вы сейчас выворачиваете карманы, — любезно продолжил я и показал на заплеванный пол, — и все, что там есть, кладете вот сюда.

Передо мной выросла кучка из грязного носового платка, двух тощих портмоне, еще одной выкидухи, двух ключей, расчески и железнодорожного ключа-треугольника. А мальчишки-то часто тут промышляли! Подготовленные.

— Догола раздеваетесь! — прикрикнул я и повел стволом. — Вещи складываете, потом отжимаете двери, и как электричка начнет тормозить, прыгаете сами. Фирштейн?

— Братан! — жалобно посмотрел на меня бык. — Не нужно, братан! Подгон царский сделаем. Не правы были, признали ведь уже!

— Пошел! — резко сказал я и шевельнул стволом. Видимо, они что-то такое прочитали в моих глазах, потому что вещи полетели на пол. Потом два голых гопстопщика отжали двери, бычара перекрестился, кинул на меня злой взгляд и прыгнул первым. За ним сиганул «дрыщ».

Приземлились вполне удачно, вон как резво бегут по снегу. Только «разведчик» хромает на правую ногу — шило я ему воткнул от души. Машут мне кулачками, как бы намекая на желательность будущей встречи. Я вздохнул, зашел в соседний тамбур, собрал вещи и выбросил их в открытую дверь. Отморозят парни себе все, что можно, и заедут в больничку…

Потом я надел пуховик, собрал деньги из бумажников. Почти двести рублей, неплохо. Выщелкнул магазин из ТТ, посмотрел сколько патронов. Полна коробочка — 8 штук.

Я перешел в соседний вагон, а потом — в следующий. Надо валить! Как только выйду на станции, бегом со всех ног! Хоть бы со стволом не повязали! Кто знает, сколько трупов на нем висит… Это мысль меня слегка обеспокоила. Выцыганить, что ли, на станции лист бумаги и написать заявление в ментовку? Одно время это работало. Так мол и так, в вагоне такой-то электричке нашел пистолет, несу сдавать. Да не поверят мне мусора. Скажут: только с зоны откинулся, а уже со стволом рассекает. Ходячая «палка» в отчетность, спасибо, что сам пришел.

Так ничего и не решив, я дождался остановки поезда и первым вышел на перрон родимой станции Лобня.