Лихие. Бригадир

Как только даже не вошла, а вплыла Валя, все стали поедать ее глазами. Та сильно покраснела, но справилась с собой. Девушка быстро расставила рюмки, поставила на стол бутылку Столичной, которая, правда была ополовинена. А неплохо тут жил Лисицин. Совсем неплохо.

— Ты ей уже вдул? — Штырь дождался, когда Валя выйдет, разлил водку. — Ну, за здоровье!

Мы выпили, а закусить-то нечем. Недоработка.

— Нет. Я ее уволю.

Все в удивлении на меня уставились.

— Эту богиню⁈ — Карась недоуменно покачал головой.

— Это богиня лежит под совсем другими богами и стучит им, небось, так, как не стучит самый ушлый дятел. Нет, поймите, парни, трахать свою секретаршу, это даже не похоть и не измена жене — это просто часть рабочего процесса. Нечто из разряда коммерческой гигиены.

— Из чего? — не допер Копченый.

— Не трахаешь ты — трахает кто-то другой, — пояснил я. — И этому другому она все сливает. Усек? Так что мы обязательно наймем девок на телефон и прочее, но с улицы. Кстати, на, Троллейбус, возьми.

Я протянул парню бумажку с объявлением. Там было написано: «Крупной коммерческой структуре требуются секретари-референты со знанием английского языка, модельной внешности. Оплата работы в американских долларах, регулярные зарубежные поездки. Собеседования пройдут 10 февраля в 10 часов по адресу…»

— Заедь в редакцию газеты Московский комсомолец и дай эту рекламу.

Ну да. Я собирался устроить кастинг и взять на работу самых красивых девушек Москвы. Теперь могу себе это позволить. Брать надо с запасом — девчата быстро вымываются из коллектива. Декреты, иностранные женихи…

— И все это за неделю, что я с дыркой в ноге провалялся? — Штырь продолжал разглядывать кабинет. А если на месячишко уеду на Волгу порыбачить, вы ГУМ отожмете?

И Пахом рассмеялся собственной шутке. Пацаны поддержали. ГУМ! Вот сказал тоже! Кто ж его отдаст?

— Гум будет чуть позже, — на полном серьезе сказал я. — Если захочешь, директором станешь. Кабинет с видом на Кремль, все дела… Хотя нет, давай лучше Копченый. Он представительный.

Пока пацаны катались от смеха, представляя себе Копченого в качестве директора ГУМа, нам принесли закуску! Колбаску, сырок, мелко порезанные помидоры и огурцы. А Валя-то не так плоха. Может, перевербовать ее? На темную сторону…

— Ну, на ГУМ, конечно, не хватит, — сказал я, дождавшись, когда секретарша выйдет и плотно закроет дверь, но первое время голодная смерть нам точно не грозит.

Я начал выкладывать на стол пачки баксов и марок.

— Это… бля… что? — выдавил из себя Карась, который пришел в себя первым.

— Первая серьезная добыча, парни, — сказал я. — Порвем на всех по-братски. А тебе, Пахом, косарь зелени сверху! За боевое ранение!

— Да… ёб… — данное выражение в различных вариациях прозвучало раз двадцать.