Лихие. Авторитет

Но пока здесь стоят десятки сотрудников, нанятых совсем недавно, и для многих случившееся стало шоком. Именно поэтому я шел по коридору и радовался, что мне не заклеили рот.

— Не волнуемся, не делаем глупостей! Товарищи ошиблись! Они скоро уйдут! — крикнул я, а потом заорал еще громче, чтобы слышал весь офис. — Всем премия по сто долларов!

И только после этого меня втолкнули в кабинет, где приковали для разнообразия к батарее. Дверь в финансовый отдел жалобно лязгнула и сдалась. Они ее, походу, взяли автогеном.

— Сколько времени? — спросил я в пятый или шестой раз.

— Ты куда-то спешишь, Хлыстов? — разозлился товарищ напротив. — Я тебе что, справочное бюро?

— Будь человеком, командир, — примирительно сказал я. — В последний раз.

— Четырнадцать двадцать девять, — бросил тот, а потом спросил. — А тебе зачем?

— У тебя допуска нет, — важно сказал я. — Я депутат Государственной Думы и председатель бюджетного комитета. А ты кто? Капитан? Майор? Подпол?

Собеседник отчетливо скрипнул зубами, а я смилостивился.

— Ладно, так и быть, расскажу! Время засекаю. Жду, когда адвокатский десант сюда приедет. Тут один пока, а мы еще бригаду ждем. С районным прокурором во главе! Они сейчас все ваши допросные листы похерят. Показания у людей соберут, и те скажут, что они оговорили себя под пыткой. А потом тебя наладят отсюда пинком под зад, потому как ты неудачник голимый, и зарплата у тебя меньше, чем у нашей уборщицы. Что ты там хрюкаешь? Правду не любишь? Так она такая, правда. Ее почему-то никто не любит.

— Я тебя закрою, сука! — прошипел собеседник. — Ты у меня на вышку пойдешь!"

"— Я через пару недель корку получу, — спокойно пояснил я ему. — И ты мне честь отдавать будешь, мусорок. А вот и кавалерия подъехала!

— Сергей Дмитриевич! — в кабинет засунул голову носатый чернявый мужичок, которому специально для таких случаев мы платили абонентскую плату. — Минут двадцать потерпите, будьте так любезны. Иосиф Борисович просил передать, что вы напрасно злились на него. Прибор работает великолепно.

Ну вот, — расстроился я. — Еще больше Йосику премию дать нужно. Ведь он в кабинете муфельную печь поставил. А я его ругал, потому что проводку пришлось менять. Он там и бумаги спалил, и даже печати от помоечных контор. И когда же я официально депутатом стану? Так надоело это все!

Глава 23

— Кто⁈ Просто назови имя этой суки, что портит нам жизнь!

Я плеснул себя в бокал вискаря, показал бутылку Ладве. Тот покачал головой. Безопаснику предлагать не стал.

— Да все те же лица, — пожал плечами Николай Дмитриевич. — Рашидов. Требует пленку из казино.

— А давайте подкинем ее на ТВ? — я залпом выпил вискарь и откинулся в кресле. Сидели мы в разгромленном кабинете втроем: я, особист и Ладва. Совещались, что теперь делать.