Личный трофей опального генерала-1

Что же так к альфа-самцам потянуло, а? И что мне теперь с ним делать? Бороться или сдаться на милость победителя? И если первое глупо, то второе точно ничем путным не кончится. Скрутит он меня в бараний рог и изведет дурными командами!»

Александра придирчиво глянула на себя в зеркало. Поправила мятую розовую майку, ополоснула лицо холодной водой и, скрутив волосы в узел, вышла к Кирсанову, топтавшемуся рядом с дверью.

— А Лешик? — заволновалась она.

— Книжку смотрит, — доложил Кирсанов. — Я ему альбом про оружие дал поизучать.

— Хорошо, — вздохнула Санька. — Его покормить надо…

— А мы поели, — повинился Кирсанов и тут же заметил мимоходом: — Мои сестры пельменей налепили. Нас ждали. Это шеф мой во всем виноват. Вызвал. Заскучал в конторе в одиночестве!

— Дело не в вашем начальнике, Сергей Юрьевич, — вздохнула Александра. — Я не знаю, чью идею озвучила Лариса в суде, но вряд ли бы она действовала от своего имени.

— До сегодняшнего вечера я понятия не имел, что между вами произошло. Безусловно, это вина моей сестры. Я ее предупредил. Тебе и сыну ничего не угрожает.

— Хотелось бы верить, — протянула Санька, прекрасно понимая, что больше к ней эта ужасная женщина не сунется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ларка— хороший человек, — пробурчал Кирсанов. — Только лихая больно. Если что в голову взбрело, прет, как танк.

— Я заметила, — кивнула Александра.

Кирсанов усмехнулся и ласково провел пальцами по ее лицу, а потом поцеловал тыльную сторону ладони.

«Гусар, твою мать», — мысленно хмыкнула Саня, а вслух поинтересовалась обеспокоенно:

— Как ваш боец, Сергей Юрьевич?

— Яшма? — переспросил Кирсанов и бросил нервно: — В реанимации. Но, говорят, состояние стабильное. Выкарабкается! А я помогу, — заявил он, будто ставя точку. Навис над ней и поцеловал. Очень нежно, почти невесомо. Но Александре показалось, что сейчас просто помрет от восторга.

— Я же просила вас … — пробурчала она.

— А если меня к тебе магнитом тянет, — усмехнулся он. — Я и так еле сдерживаюсь, Сань, — признался Кирсанов и вдруг предложил: — Пойдем покормлю тебя. — А заметив ее недоверчивый взгляд, заявил: — Неприятель ретировался, выкинув белый флаг, — улыбнулся он. — Военные действия прекращены, мирный договор подписан.

Александре хотелось возразить, сказать что-нибудь едкое, но пока она собиралась с мыслями, из библиотеки выскочил Лешик и заявил:

— Мама, я кушать хочу!

— Бегом на кухню, — шутливо велел Кирсанов и повел маленький партизанский отряд в стан противника.

Но к его немому изумлению, обе сестры пили чай за большим круглым столом и тоже удивились, увидев брата и его гостей.