Личная красавица босса. Свадьбы не будет!

Уверенно шагаю по коридору, нахожу нужный кабинет и замираю у двери, опомнившись.

Включаю режим серой мышки, заталкивая рвущуюся в бой Рапунцель как можно глубже. Опустив гордо вздернутый подбородок и понурив плечи, аккуратно стучусь. Тихо и неуверенно, сдерживая настоящую себя из последних сил. Слышу женский голос и скромно приоткрываю дверь, заглядывая через образовавшуюся щель.

– Можно? – блею, как овечка. Выдавливаю из себя смущенную улыбку. Надеюсь, со стороны она выглядит именно такой, а не как шрам на пол-лица «Человека, который смеется».

Сокульская мажет по мне равнодушным взглядом и возвращается к своим бумагам. Не потеряла сознание от ужаса – уже хорошо. Значит, на Гуинплена я не похожа. Но подойду ли на должность дизайнера – пока что большой вопрос.

– Я к вам… – намеренно делаю паузу. Будто волнуюсь.

Хотя на стресс у меня обычно совершенно иная реакция. Примерно как с Царевым тогда в кабинете.

– Заждалась уже, – надменно бросает ведущий дизайнер. – Ведро для бумаг замени мне, это переполнено, – кивает под стол. – И протри здесь все, пыльно, – морщится, а после – чихает в подтверждение своих слов. – Чего застыла?

Острый взор синих глаз вонзается в меня резко и неожиданно. Идеальная бровь, в отличие от моих растекшихся, изгибается домиком. А руки запястьями упираются в поверхность стола.

Какая мадам. Еще даже не Валевская, а ведет себя потомок Шанель. Еще и за уборщицу меня приняла, а я от хамства Царева не отошла. Что за день!

– Я на собеседование, Аделина Ивановна, – выпаливаю на одном выдохе. Громче, чем следовало бы. Забываю о своем амплуа, проявляю характер. – Алена Туманова, – представляюсь чересчур важно. И Сокульская почему-до выпускает карандаш из пальцев.

– Я представляла тебя иначе, – медленно произносит она и водит ладонью по бумагам, не сводя с меня глаз. Барабанит пальцами в поисках чего-то. Как будто слепой постукивает палочкой, определяя путь. – Присаживайся, – рвано кивает на стул напротив.

– Иначе? – разыгрываю удивление. – Почему? Что-то не так? – оставляю пальто на вешалке и нарочито неловким движением поправляю на себе папин свитер.

Невольно обхватываю плечи руками. На доли секунды. Осознаю, как я соскучилась по родителям. Надо попросить Алика отправить меня в Италию на новогодние каникулы. Сначала, правда, придется помириться с ним, потом уговорить. Ничего, время есть.

Делаю вдох, чтобы втянуть запах дома, который должен поддержать меня и придать сил бороться за место под солнцем Валевского, но… морщу носик и задерживаю дыхание. После контакта с пальто я вся воняю зверюгой! Чувствую его на себе.

Надеюсь, со стороны незаметно? Сокульская ведь не учует на мне мужских меток? Неловко как.

Или у меня мания преследования?

Ведь дизайнер никак не реагирует.