Лин-Ли

Просто ходить по улицам и исцелять всех, кто в этом нуждается? Хорошая идея, только кто ее будет в этом случае кормить, содержать? Одно дело — помочь нескольким людям, встретившимся на пути, и совсем другое — постоянно сливать свой резерв, руководствуясь благими намерениями. Что будет, если ей взбредет в голову явиться на службу без сил? Нежить, поднявшая утопленника, выпитень, вчерашний снус и многие, многие другие уже доказали, что без возможности накрыть себя щитом нечего даже думать о том, чтобы приступить к работе. Да и кто будет лечить коллег, то и дело получающих травмы во время исполнения своих обязанностей? Нет, доброта — это хорошо, но и благоразумие должно быть.

Центральный госпиталь финансировался непосредственно короной. Да, порой людям приходилось подолгу ждать своей очереди на прием, но зато туда мог обратиться каждый, вне зависимости от своего статуса и материального положения. А целителям, работающим там, предоставлялось бесплатное жилье, выплачивалось жалование, небольшое при рядовой должности, но стабильное.

И именно там несли службу лучшие целители королевства. Лучшие. Лина так хотела быть лучшей…

Эта мысль повлекла за собой другую.

— Я ведь сама виновата в том, что стала здесь паршивой овцой? — спросила она, помолчав.

— Когда кто-то перестает винить в своих бедах других и начинает искать причину в себе, он обретает мудрость, — коверкая голос и изображая хрипотцу Петера, выдал Айрторн.

Линетта посмотрела на него с укоризной.

— Бессовестный. — Покачала головой. — Я к тебе как к человеку…

— Так и я тебе как человеку отвечаю. — Линден присел на корточки, взял в руку камень побольше и принялся ковырять им землю.

— Что ты делаешь? — Лина приподнялась.

— Пока ничего, — отмахнулся тот, однако продолжил свое нехитрое занятие. — Не отвлекайся, ты только начала обретать мудрость.

— Зараза, — огрызнулась Линетта.

Лорд рассмеялся.

— Ты не первая мне это говоришь.

На кого-то другого Лина, должно быть, обиделась бы, но обижаться на напарника упорно не получалось. Он даже неприятные вещи говорил как-то по-доброму, что ли.

— Ну и что я делаю не так? — спросила она.

— Это ты мне скажи.

— Линден.

— Да что? — Айрторн наконец перестал ковырять землю и уселся на дно колодца, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Даже при таком освещении было отчетливо видно, как на его высоких сапогах остались разводы от грязных ладоней. — Давай-давай, — подтолкнул, видя, что она замолчала.

Лина на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями и силами. В конце концов, это действительно только ее проблема, и ей ее и решать.

— Я просто пытаюсь быть вежливой, — сказала не спеша, взвешивая и обдумывая каждое слово. — Ни с кем не конфликтовать, ни во что не вмешиваться.