Лев

Я всегда готова к смерти.

- Но ты боишься ВИЧ, - сказал Лёва.

Сказал и тут же почувствовал, что зря он это. Всё-таки она с ним так откровенна…

Но Катя не заметила его злой иронии:

- Да, потому что это про меня. Про мою смерть. Я всю жизнь старалась быть не как они. Вся моя семья – бандиты, наркоманы и алкаши, а я – нет. Я живу среди этого, потому что у меня нет выбора, где мне жить, но у меня есть выбор – как, и я его сделала. И я, как дура, наивно полагала, что этот выбор меня от чего-то спасёт.

- Ну, так или иначе, ты всё равно связалась с наркоманом, - заметил Лёва. – Поэтому спорно насчёт выбора.

Он понимал, что никак не помогает ей этими едкими комментариями, но в тот момент злость на Катю оказалась сильнее здравого смысла и человеческого сочувствия.

- Потому что он не урод, - гнусаво оправдывалась она. – Потому что он был не такой, как они. И ты не такой, но всё равно наркоман. А я стою и разговариваю здесь с тобой, хотя должна была уже понять… Меня, наверное, ничему жизнь не учит. Я же говорю, что тупая.

Лёва, вздохнув, и, проникшись лёгкой жалостью к ней, всё-таки сказал:

- Я не наркоман.

- Да-да-да, вы все так…

- Правда, - перебил он её. – Я не колюсь. Я тебе соврал.

- А зачем тогда ты?..

Он отвёл взгляд. Секунду другую в нём шла короткая перепалка с самим собой:

«Да что она тебе сделает, если ты признаешься? Она даже ничего не сказала насчёт Якова»

«Всё равно я не могу»

«Можешь, это не опасно»

«Опасно»

«Ты боишься получить в глаз от девчонки или что?»"

"Тогда Лёва понял, что он не боится получить от неё в глаз. Он даже уверен, что не получит. Просто сказать кому-то: «Я гей» – это… Ну… Это всё. Потом не отмоешься. Клеймо на всю жизнь. И он не хотел на себе его ставить.

- У меня было переливание крови, – быстро сказал Лёва, лихорадочно вспоминая «потенциально опасные ситуации» из той вичовой анкеты.

- Господи, из-за чего? – с сочувствием спросила Катя.

А Лёва не знал, из-за чего бывает переливание крови. Так далеко его познания в биологии и анатомии не заходили.

- Да так… – с наигранным драматизмом ответил он. И, напуская на себе ещё больше холодной загадочности, добавил: – Не хочу об этом говорить.

- Ладно, – кивнула Катя, убирая прядь волос за ухо. – Извини. Но, знаешь, в любом случае «переливание крови» звучит гораздо нормальней, чем «я колюсь», так что не стоит этого так стесняться.

- Учту, - буркнул Лёва, пристыженно глядя в землю.

Ему показалось, что она его раскусила, что за её словами про «переливание крови» звучала настоящая причина, и они оба её знали. Зря она, наверное, так о себе – «Я тупая». В этом она была не права.

Катя оказалась не беременна.

Это, наверное, хорошо. Он так и сказал Кате, нервно кусая губы: «Хорошо. Супер. Отлично».