Лев

Он чувствовал, что интеллектуальное превосходство, по всем вопросам, на стороне Власовского, а значит и по вопросам геев он действительно соображает больше него. В какой-то момент он смирился с тем, как Яков приобщает и самого Лёву к своей голубой компании, как с ним разговаривает – «Ты и сам знаешь», будто у них какой-то общий гейский опыт.

- Может, из-за родителей, - продолжал рассуждать Яков. – Что скажут, что подумают… Хотя они вроде неплохие.

- Равнодушные, - поправил Лёва.

- Это не самый плохой вид родителей, когда ты гей. Бывают так неравнодушны, что врагу не пожелаешь.

Лёва сразу подумал про своего отца.

Они с Яковом спустились со школьного крыльца и двинулись к кинотеатру (тем самым путём, на котором раньше Власовского сторожили с битами), и он продолжал говорить про Шеву:

- Вообще, странно всё с ним. Наркотики эти, суицид. Судьба какая-то идиотская. Особенно для профессорского сына, - Яков виновато покосился на Лёву. – Ты прости, что я так прямо.

Лёва вынужденно согласился:"

"- Наверное, ты прав.

- Слушай, а что за девчонка с ним таскалась?

Лёва не сразу и понял. Нахмурился:

- Какая девчонка?

- Ну, не знаю, какая-то, - фыркнул Яков. – Я видел пару раз.

Лёва даже вздрогнул от неожиданной догадки. Перед глазами встала та сцена из подвала: голый торс Юры, девочка на четвереньках, мокрый презерватив на ступеньках.

- Чёрт, - процедил он сквозь зубы. – Катя.

- Они встречались?

Лёва сказал вместо ответа:

- Надо её найти.

Лёва понятия не имел, откуда появилась эта Катя. Самый очевидный вариант: из школы, но он не мог припомнить, чтобы встречал её лицо в школьных коридорах. Впрочем, могла быть новенькой, да и часто ли он заглядывался на девчонок? Говоря откровенно: ни разу.

Они с Власовским обошли все девятые, десятые и одиннадцатые классы с прямым вопросом: «У вас тут есть Катя?». Какая-нибудь Катя обязательно была в каждом классе (а иногда даже не одна). Некоторые из этих Кать болели или попросту прогуливали, так что для охвата всех Кать старших классов у них ушло больше недели. Все найденные Кати оказались не теми Катями.

Когда варианты закончились, Яков спросил:

- Может быть, она ещё младше? Восьмой класс?

Лёва попытался её припомнить и покачал головой:

- У неё были вот такие сиськи, – он показал на себе, какими они были – несколько преувеличенно, конечно.

- Ну и что? Девочки рано взрослеют.

Власовский убедил Лёву поискать Катю в восьмых классах и на это ушла ещё одна неделя тщетных поисков, пока Яков наконец не сообразил:

- А эти твои шакалы её не знают?

- Какие мои шакалы?

- Твои друзья из подвала.

Лёва нахмурился:

- Они не мои друзья, я не видел их два месяца.

Но, нужно было признать, звучало вполне вероятно. Шева крутился в двух социальных группах: в школьном коллективе и с «этими шакалами».