Лев

- Я не про то, что он сделал с собой, – ответил Слава. – А про то, что он сделал с тобой.

Лев и сам думал об этом не раз: что это за выходка с особой жестокостью? Наверное, если бы не совместная ночь накануне, он бы пережил произошедшее легче, быстрее бы нашел ему объяснения (скорее всего, свалил бы всё на наркотики) и не мучился годами от вопросов, кто виноват и мог ли он что-нибудь сделать. Но теперь это было невозможно выкинуть из головы, из души, из себя – Юра поселился в нём навеки. Слава обречен делить Лёвино сердце вместе с ним: Лев чувствовал, как с каждым днём у Славы становится больше места, а у Юры – меньше, но это как скамейка: рано или поздно Юра останется сидеть на самом краешке, но никогда не уйдет.

Слава отпустил его, встал с дивана и со словами: «Я забыл тебе кое-что отдать» вышел в коридор. Лев слышал, как он возится с карманами куртки, шуршит фантиком от сникерса, гремит ключами, и, наконец, вернувшись, он протянул ему фотографию – точно такую же, какую Лев выкинул в реку, только целую и невредимую. Лев осторожно взял её пальцами и осмотрел: было видно каждую пору на Юриной коже, каждую трещинку на сухих губах. Что за чудеса реставрации?

Лев поднял взгляд на Славу:

- Где ты это взял?

Тот, спрятав руки за спину, будто провинившийся ученик, пояснил:

- У Кати оказалась точно такая же фотография. Я сделал с неё копию.

- Зачем? – спросил Лев, чувствуя, как начинает тонуть в благодарной нежности к Славе.

- Глупый вопрос, - прямо сказал Слава. – Затем, что тебе это важно.

Лев, поднявшись с дивана, обнял его, зарываясь лицом в непослушные густые волосы.

- Спасибо, - прошептал он.

Он больше не будет носить эту фотографию в бумажнике – он давно хотел перестать, давно говорил себе, как это странно и глупо выглядит, но не решался переложить фотографию в другое место. Теперь он убрал её в сторону, на журнальный стол, а после – уберет в шкаф к своей маленькой коллекции снимков: в основном то, что нащелкала Карина, некоторые фотографии Пелагии и мамы. Если у него когда-нибудь появится альбом с фотографиями, он обязательно вклеит туда Юру, но вот так вот, у самого сердца – больше носить не будет.

«Это не значит, что я хочу тебя забыть, - виновато пояснил он Юре, откладывая его фотографию. – Это значит, что я хочу тебя отпустить».

А ещё ему вдруг запоздало (очень запоздало!) сделалось стыдно за то, что он украл эту фотографию у Юриных родителей.