Лето волонтёра

Я прерывался – это очень неприятно.

Жуткие у Миланы глаза, когда в ней Высший. Зрачки расширены, и в них какие-то красные искры мелькают.

– Мы старались, Высший, – осторожно ответил я. – Что это значит – «прерывался»?

Я бы не удивился, проигнорируй он вопрос.

Но Высший посмотрел на меня с каким-то неожиданным уважением.

– Это как смерть, – ответил он. – Я был, потом меня не стало. Затем я появился снова. Раньше со мной такого не случалось.

– Скорее на сон похоже, – сказал я.

– Мы не спим. Но иногда умираем.

Высший подошел к нам. Бесцеремонно взял Дарину за подбородок, заглянул в глаза.

– Ты становишься обычным человеком. Еще два-три месяца, и все изменения сотрутся. Тебе это нравится? Быть обычной девушкой, с обычной силой и скоростью реакции, с обычной памятью, разумом, эмоциями?

Дарина испуганно глянула на меня.

Я знал, о чем она думает. Даже не используя доставшийся мне смысл.

Что за чувство на самом деле между нами? Люблю ли я обычную девчонку Дарину, или меня привлекает загадочная жница? Если она действительно станет человеком, то останусь ли я с ней?

«Ты моя девушка, – подумал я, глядя на Дарину. – Мне все равно, сильная ты или слабая, можешь ли запомнить книжку с одного прочтения и пробежать стометровку быстрее олимпийского чемпиона. Мне даже все равно, что ты заставила себя полюбить, я сам хотел, чтобы меня заставили. Я вовсе не идеальный. Но ты знаешь, я ведь действительно избранный. Ты меня избрала. Я этим горд».

И я едва заметно улыбнулся ей.

– Да, – ответила Дарина.

Высший кивнул и повернулся ко мне.

– Я объясню происходящее в той мере, в какой оно доступно тебе. Постарайтесь понять, я буду говорить максимально просто.

Я кивнул, и Высший продолжил:

– Во Вселенной нет ничего неизменного, Максим. Ничего, кроме прошлого. Но мы, Высшие, можем обмануть даже прошлое, возвращая свое сознание назад. Раньше этого разговора не было. Теперь он будет. А значит, изменится и мое настоящее. Понимаешь?

– Да.

– Мое настоящее не так уж и далеко. В двух тысячах трехстах семи земных годах дальше во времени. В этом периоде в нашей Галактике существует около двадцати Высших. Иногда кто-то из них исчезает, на время или навсегда. Порой они возвращаются… другими.

Худо-бедно, но это у меня в голове укладывалось.

– Новые Высшие не возникали уже больше тысячи лет. Это значит, что урожай доступных смыслов практически собран. Конечно, будут еще цивилизации, которые перейдут к сингулярности, но большую часть их примет в себя кто-то из существующих Высших.

– Это что, конец истории? – спросила Дарина.

Высший улыбнулся.

– Конец цикла, девочка. Мы, Высшие, общаемся друг с другом. Опекаем те цивилизации, которые нам важны. Вырабатываем правила игры для предсингулярных культур. Вступаем в альянсы.