Лето не вечно

– В город уехал! – выпалил Конюхов, но по его лицу было видно – соврал.

– Ну, предположим, – подключился Богданов. – На чем?

– На попутке. – Наконец Конюхов приступал к самому главному, он раскраснелся и занервничал. – В девять вечера, как стемнело, сам приехал на место к Белой Голове. Выбрал укромное местечко и спрятался. Часов в одиннадцать пришли эти двое и залегли неподалеку от меня. – Он вытер вспотевший лоб рукавом. – Не поверите! Я даже дышать боялся!

– Инютин когда пришел?"

"– Около часа ночи. Я к тому времени вымок и замерз. Те двое тоже, слышал, как они матерились.

– Инютин пришел к Белой Голове около часа ночи, – записал Богданов.

– Зачем-то приперся с сумкой. Вытащил из нее коробку, сунул под голову и тикать.

– Ну а что эти двое?

– За ним, конечно. – Конюхов отвернулся и уставился в угол. – Слышал, как Инютин кричал. Короче – зарезали его.

– Так.

– Потом они вернулись, забрали коробку и тут же распотрошили. Ржали как сумасшедшие.

– Все отдали им?

– Я же не камикадзе. – Конюхов вздохнул и продолжил: – Короче, понял я, что дорога мне одна – до скончания века прятаться. Они же меня мертвым посчитали.

– Где прятались?

Это был второй вопрос, вогнавший Конюхова в ступор, который продлился еще дольше первого. Выйдя из него, он ответил:

– Хоть режьте, не скажу.

– Заявление на увольнение за Инютина вы написали?

Конюхов стыдливо опустил глаза.

– Был такой грех.

– Свой телефон куда дели?

– Выбросил.

– Это неправда! – возразила Ульяна. – Вы не могли его сами выбросить. У вас на территории пансионата есть сообщник.

В этот же момент Богданову позвонили по внутреннему телефону, и он по ошибке включил громкую связь.

– Проходная, дежурный офицер Калмыков. Товарищ капитан, тут до вас гражданочка прорывается.

– Кто такая? Фамилия?

Было слышно, что офицер отстранился от трубки и стал кого-то подзывать:

– Идите сюда! Гражданочка! Фамилию подскажите! Чью-чью! Вашу, конечно!

Не выдержав этих пререканий, Богданов прорычал:

– Пропустите ее! – и влепил трубку в аппарат.

Все трое притихли в ожидании гражданочки. Конюхов сгорбился на своем стуле, Ульяна и Богданов смотрели на дверь.

Та вдруг распахнулась, и в кабинет влетела Кружилиха. Она раскинула руки и бросилась к Конюхову:

– Максим!

Он резко встал и принял ее в объятья.

Проплакавшись, Кружилиха ринулась на Богданова:

– Арестуйте меня!

– Вы в своем уме, Елизавета Федоровна? – поинтересовалась Ульяна.

– Я прятала Максима в своей комнате! У меня он хранил ценности! Его телефон выбросила тоже я!

– Стоп! – Ульяна встала и подошла к Кружилихе: – Куда вы бросили телефон? Назовите точное место.

– Мусорная урна возле главного корпуса, за углом.