Летняя практика

Он помолчал, Лена тоже затихла, уже понимая, что не стоило им пить сейчас.

Да и приезжать ей, наверно, не стоило. То, что она сейчас услышала… Не надо ей этого. Совершенно. И знать тоже не надо было.

Жаль, что не изменишь ничего."

"- Но знаешь, - он выпил до дна, налил себе еще, обновил ей, - я, вообще-то, отпраздновать пришел с тобой. Ту монету, что я нашел… Короче говоря, есть предположения, что здесь неподалеку может быть захоронение. Древнее. Все признаки. И, если я его найду… Ты представляешь, что будет?

- Ой, Дим… Поздравляю!

- Ну, пока еще рано, потом, когда найдем, поздравишь. Кстати, ты тоже будешь тогда знаменитой, я тебя обязательно отмечу. Может, нам под это дело грант дадут… Останешься со мной, Ленк? Давай? Перебирайся в Питер, чего тебе у себя ловить? В школе прозябать в этой. Много, что ли, платят?

- Дим… Я не могу тебе ничего сказать. Это неожиданно. Да и разговор не под вино.

- Это ты права. Под вино только про любовь. Хочешь со мной про любовь поговорить, Ленкин?

- Дим, тебе, наверно, хватит… Да и я устала.

Лена встала, убирая пустую бутылку из-под мартини, и чувствуя, что коварное южное вино все же сильно дало по голове. И по ногам, похоже.

- Прости, да, ты права…

Дима тоже встал, а потом покачнулся и ухватился за плечо Лены. Замер, подтянул ее к себе.

Лена, чувствуя головокружение, не смогла вовремя воспротивиться.

Поцелуй получился странным.

Дима напирал, даже прикусывал ее губы немного, а Лена… Стояла, удивленная произошедшим, растерянная. А потом ей стало интересно. Пришла в пьяную голову мысль проверить. Может, все не так плохо? Ну чего она, в самом деле, зациклилась на одном Даниле?

Кроме Данилы, был еще муж. И все. Всего двое мужчин, это, наверно, маловато для нормальной тридцатипятилетней женщины?

Она расслабилась и ответила на поцелуй. Вернее, попыталась ответить, потому что, как выяснилось, ничего особенного, вот вообще ничего она не испытывала.

Не хотелось сравнивать, потому что пошло и глупо, но сравнивалось.

И вот с определенностью можно было сказать, что ничего общего с поцелуем Данила.

Если с ним она горела, буквально ноги подкашивались от ощущений, эмоций, от самой себя в его руках… То здесь… Просто никак. Не противно, но и не возбуждающе.

Лена уперла руки в его плечи и отстранила. Дима выглядел заведенным, и это было плохо.

- Дим… Это было лишнее. Прости, но… Нет.

Он помедлил, потом нехотя убрал руки.

- Ничего, Лен. Прости. Это я так… Что-то захотелось ощущения поймать, как в юности…

- Мы не целовались с тобой в юности, Дим.

- Вот это и обидно.

Лена с облегчением рассмеялась, радуясь, что удалось хоть немного сгладить неловкость. И очень понадеялась, что завтра, когда Дима протрезвеет, произошедшее покроется флером пьяного бреда.

Дима пожелал спокойной ночи и ушел к себе.