Летчик и ведьма

Загнала в клинику и ушла в роддом по соседству договариваться насчет каких-то своих курсов.

Я стояла у окошка регистратуры, когда кто-то подошел сзади. Какой-то мужчина. Покосилась краем глаза и обернулась, не поверив.

— Маргарита?.. — Кешка, наверно, хотел сказать «Ивановна», но не получилось.

Ничего себе, какой он стал! Совсем взрослый, бороду отпустил. Как он тогда сказал на выпускном? Что скоро разница в возрасте нивелируется? Почти девять лет прошло. Мне тридцать три, ему двадцать семь, а на вид даже старше. Вот только смотрел он на меня все так же. Как будто и не было этих девяти, нет, даже десяти с лишним лет. Как будто я все так же была молоденькой училкой-первогодком, а он — влюбленным десятиклассником.

Я лежала в гудящем коконе с иглой капельницы в вене и изо всех сил старалась не улыбаться. Шевелиться было нельзя. Даже дыхание приходилось по команде задерживать. Страшно чесался нос, затекла нога, но я терпела. Может, выяснят наконец, что со мной не так. А может, даже удастся это исправить? Что, если встреча с Кешкой — это такой добрый знак? Ну как мои любимые синие бетономешалки в ромашку. Когда видела на улице, точно знала, что день будет удачным.

Он ждал меня в вестибюле. Но даже поговорить толком не успели — пришла Маша. Кешка предложил посидеть в кафе, нашли какую-то забегаловку поблизости. Я смотрела на его обручальное кольцо, и было немного грустно. Наверно, так бывает всегда, когда встречаешь свою неиспользованную возможность. Даже если выбран оптимальный вариант. Но сейчас я вовсе не была в этом уверена. В оптимальности варианта. Тогда — да. Сейчас… не очень.

Впрочем, Кешка — это было такое… далеко не главное. На первом плане стояли результаты МРТ. Хотя и поглядывала по сторонам, нет ли его случайно, когда приехала забирать.

Регистраторша просмотрела папку, переспросила фамилию и дату, когда делали, заглянула в компьютер и вытащила другую папку. Красную. И это сразу насторожило.

— Вам рекомендована консультация невролога, — сказала она с непроницаемым лицом. — Можете к нашему записаться.

— Спасибо, у меня есть врач, — я взяла файл с заключением и диском. Как будто гранату с выдернутой чекой.

Невролога у меня не было, но все равно сначала к Чумаку. Отправит к кому-нибудь.

Дошла до машины, села за руль и только тогда стала читать. Написано было много всего. Пробежала по диагонали, холодея желудком, и остановилась на заключении… или приговоре?

«Признаки демиелинизирующего заболевания головного мозга»…

Да, на приговоре. С отсрочкой исполнения. Может, на пять лет. Или на двадцать пять, но итог один — глубокая инвалидность. Пусть я и не была врачом, но как биолог представление имела.

Приехав домой, я достала бутылку коньяка и впервые за много лет закурила.