Лестница в Эдем

Ссоришься ты со злом или нет – не имеет значения. Оно ненавидит тебя уже заранее, просто потому, что ты существуешь. Слугам мрака доступны только два чувства: ненависти к тем, кто еще не побежден, и глубокого презрения ко всем прочим, – твердо произнесла Дафна, не отрывая взгляда от Арея.

Ноздри начальника русского отдела едва заметно раздулись. Он наклонился и, подняв меч Трынга, вернул его на подставку с учебными клинками.

– Вот именно. Так оно и есть, – сказал он. – И даже еще проще. Если тебя убьет Гопзий – до поединка с Трынгом ты не доживаешь по определению. Если же ты убьешь Гопзия – Трынг к тебе даже и не сунется, особенно после того, как ты едва не расколол его дарх. В общем, расслабься и дыши как контуженный йог: одна ноздря вдыхает, другая одновременно выдыхает!

Точно для того, чтобы разрядить обстановку, у Улиты зазвонил мобильник.

– О, привет Ромасюсик!.. Хоть и третий раз за день говорим, но все равно соскучилась! – пропела ведьма, поднося трубку к уху. – Как кто выиграл? Скажи Прашечке, что, конечно, Буслаев! Правда, его до этого четыре раза зарезали и раз шесть пощадили. Но потом он собрался и всех напрочь напобедюкал!

– Откуда она знает про бой? – удивилась Дафна, когда Улита дала отбой.

– Девчонка не так проста! Лигул не случайно сделал на нее ставку! – заверил ее Арей.

Глава 11

Фактор Тети Таамаг

Любовь как зрение. Невозможно сфокусировать ее сразу на дальнем предмете и на ближнем, если это не особая, чуждая избирательной низости любовь, которой люди обучаются годами, переламывая эгоистичные рамки плоти.

Неформальные разговоры златокрылыхИрка была очень раздосадована, когда разбуженная-таки Антигоном выскочила во двор, но Буслаева не застала. Сбегая по лестнице, она представляла себе, какое независимое, чуть скучающее и вместе с тем дружелюбное лицо сделает на улице, а теперь оказалось, что выражение свое она может оставить себе.

– А где… – начала она, озираясь.

– Кто где? – уточнила Гелата, любившая иметь четкую вводную информацию для ответа на вопрос.

– Ну этот… как его там… Буслаев, – сказала Ирка, краснея пятнами.

– Этот-как-его-там уже ушел! И эта-не-помню-точно-как-ее вместе с ним! – пояснила умная Гелата, толчком в бок давая знать своему оруженосцу, что команды скалиться не было.

В тот же день вечером к Ирке прибыла Бэтла, а Гелата отправилась обратно. Бэтла не стала даже подниматься в квартиру.

– А чего я там не видела? – спросила она, зевая.

Валькирия сонного копья удобно угнездилась на скамейке и немедленно начала подкрепляться колбасой и запивать ее кефиром. Когда колбаса и кефир закончились, Бэтла расстелила туристический коврик, забралась в спальный мешок и остаток ночи провела в нем.