Лесной князь

– Но Вы не сможете, помыться одна, – напряженно сказал он, устремив на нее предостерегающий пронзительный взор темно-зеленых глаз.

– Смогу, – заявила она так уверенно, что брови Ивана сошлись у переносицы, и он опустил глаза. Он заставил себя проглотить еще одну ложку каши, но через миг резко выскочил из-за стола и начал одеваться на улицу.

– Пойду, проверю, как топится. Наверное, дрова еще нужны, – буркнул он и быстро вышел из избы. Катя смотрела на закрытую дверь, за которой исчез Иван и, все больше утверждалась в мысли, что надо как можно скорее поправиться и покинуть это место, хозяин которого явно хотел добиться от нее нечто большего, нежели просто словесной благодарности.

Чуть позже он действительно отнес ее в банку и оставил в мыльной, как она и просила. Дождавшись, когда Иван уйдет, Катюша проворно сняла сарафан и рубашку, и уже довольно умело, но все же осторожно на коленях переместилась в парную, и просидела там некоторое время. Затем так же на коленях перебралась по теплому полу в моечную. Наведя теплой воды в корыте, и заметив на лавке миску с жидким мыльным корнем, вымыла два раза голову. А затем и все тело. Она проворно закончила мыться, и вытерла влажные волосы грязной рубашкой. Именно в этот момент, она заслышала в предбаннике тяжелые шаги Ивана. Испуганно схватив сарафан, который висел чуть сбоку, девушка лишь успела прижать материю к своему обнаженному телу. Иван зашел в моечную без стука, и тут же его темный цепкий взор впился в девушку. Широкий сарафан, притиснутый к ее телу, прикрывал Катюшу от грудей до коленей, и она вмиг смутилась от его наглого поведения.

– Вы закончили? – спросил он с вызовом и как-то зло. И Катя неуверенно кивнула в ответ. Он быстро приблизился к ней, и бесцеремонно накинул на нее одеяло, не дав ей даже одеться. Завернув девушку, словно куклу, он вынес ее наружу, предварительно, поправив одеяло на ее голове. В избе он опустил Катю на кровать и заявил ядовитым тоном. – Одевайтесь, я не буду Вам мешать.

Когда дверь за ним закрылась и Катя осталась одна в мрачной избушке, освещаемой лишь одной лучиной, она несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь привести дыхание в порядок. Еще в баньке ее горло сковал такой страх, что она боялась пошевелиться в руках Ивана, когда он поднял ее. И сейчас она ощущала себя подобно зверьку в капкане и словно зависела от милости охотника. Он мог переломить ей шею, а мог и отпустить на волю. И этим охотником был именно этот человек.

Катюша быстро надела на себя чистую длинную рубашку, которая лежала на кровати и, замотав старой рубашкой волосы, залезла под теплое одеяло. Только теперь, она вдруг осознала, что Иван, как-то странно держал ее, неся в избушку из бани.