Леща, Ваша Светлость? (СИ)

– На нашей стороне, – поправил Марк, бережно касаясь моей руки. – После вчерашнего… я думал, что нам стоит поговорить.

Я замерла. Сейчас, в разгар подготовки к операции против контрабандистов, серьёзный разговор о наших отношениях был совсем некстати. Но, с другой стороны, завтра всё может измениться, и кто знает, когда представится другой случай?

– Конечно, – кивнула я. – Только не здесь. Вечером, после закрытия лавки?"

"– Не могу вечером. Мы собираемся с ребятами подготовить снасти к завтрашнему выходу, всё проверить. Может, сейчас? Эмма справится с лавкой на полчаса.

Я заколебалась. Уйти сейчас, когда в любую минуту может появиться капитан Форд с последними инструкциями? Но отказать Марку, когда он, наконец, решился на серьёзный разговор?

– Хорошо, – решилась я. – Только ненадолго. Эмма! – позвала я старушку, которая хлопотала на кухне. – Присмотришь за лавкой? Я отлучусь на полчаса.

– Конечно, госпожа, – кивнула Эмма, выходя на зов. – Идите, не беспокойтесь.

Мы с Марком вышли на улицу и направились к небольшому парку на холме, откуда открывался чудесный вид на море и гавань. Это было тихое место, где редко бывали люди в дневное время – большинство жителей Мареля были на работе, а туристы предпочитали более оживлённые достопримечательности.

– Красиво, – заметила я, когда мы присели на скамью под старым раскидистым дубом.

– Да, – кивнул Марк, но было ясно, что пейзаж сейчас мало его интересует. Он повернулся ко мне, взял за руки и решительно произнёс: – Лесса, я люблю тебя.

Простые слова, сказанные просто, без вычурности или патетики, но от них перехватило дыхание. В прошлой жизни, как Валентина, я слышала признание в любви только от одного мужчины – своего покойного мужа Михаила. В этой, как Лесса – от Тобиаса, чьи слова оказались пустыми и лживыми. Но сейчас, глядя в ясные голубые глаза Марка, я не сомневалась ни на секунду в его искренности.

– Я знаю, что между нами всё произошло быстро, – продолжил он, когда я не ответила сразу. – И понимаю, что тебе, возможно, нужно время. Особенно после… после Тобиаса. Но я должен был сказать это. Особенно сейчас, когда снова собираюсь в море.

– Я тоже люблю тебя, – тихо ответила я, и эти слова не были ложью. За то короткое время, что я знала Марка, он стал для меня не просто деловым партнёром или другом, но человеком, без которого я уже не представляла своей жизни. – И это меня пугает.

– Пугает? – удивился он. – Почему?

Я вздохнула, пытаясь облечь в слова сложный клубок эмоций:

– Потому что… потому что я больше не та Лесса, которой была. Я изменилась, слишком сильно изменилась. И иногда мне кажется, что ты любишь не меня, а… образ, воспоминание.

– Я знал тебя ещё до… до всех этих перемен.