Неправильный лекарь. Том 1

А вот тогда мы уже посмотрим, о чём с вами разговаривать.

— К вашим услугам, Ярослав Антонович, я готов."

"— Если пожелаете, можем предоставить набор для первичной хирургической обработки и шовный материал, — предложил он с ехидной улыбкой. — Лучше что-то, чем ничего.

— Не ожидал, что у вас всё это имеется, — удивлённо вскинул я брови. — Наверно практикуете втихарца?

Мне показалось, что он сейчас лопнет от злости. Отец посмотрел на меня осуждающе, ни к чему злить людей, от которых зависит твоя судьба, но я не смог удержаться. Око за око.

— Везите пациента, — рявкнул Захарьин. — Посмотрим, на что способен этот выскочка!

Сам ты выскочка, чуть не сорвалось у меня с языка, но в последний момент я удержался и только взглядом дал ему понять, что отношусь без должного уважения. Наверно тоже не стоило. Но и меня ему никто не позволял в грязь втаптывать, я ему в тапки не гадил.

Распахнулась главная двустворчатая дверь и двое санитаров ввезли каталку с раненым в правую голень мужчиной. Из ноги торчала ржавая арматурина. Зал затих в ожидании моих действий.

Мужчина лет сорока в одежде строителя с надеждой смотрел на меня и с опаской на находящуюся в зале толпу. Я осторожно разорвал ткань его брюк, чтобы лучше осмотреть рану. Неплохо было бы хоть местную анестезию сделать, но этого я точно не умею делать без анестетиков. Прикинул направление, в котором прошла арматура, относительно неплохо, никаких серьёзных последствий не будет.

— Я аккуратно извлеку арматуру из вашей ноги, придётся немного потерпеть, — сказал я, глядя в глаза пострадавшему.

Он неохотно кивнул и прикусил зубами воротник куртки. Учитывая направление рёбер на железяке, я зажал её между ладонями и крутанул, вытаскивая наружу, чтобы эти рёбра сработали, как резьба на болте. Один хрен очень больно, я понимаю. Мужчина застонал, но от вскрика сумел удержаться, за что ему уже отдельное спасибо.

Ну а дальше самое интересное, посмотрим, на что я способен без поддержки амулета. Я приложил ладонь к ране, сосредоточился на потоках магической энергии, представив себе пути её передвижения и ощущая уже само это движение. Её, к сожалению, всё ещё очень мало, но надо собрать всё до последней капли, сейчас это как никогда важно. Впрочем, оказывая помощь людям всегда надо работать на полную катушку, иначе просто нельзя, незачем тогда вообще соваться в это ремесло.

Пациент начал постанывать, на лица людей в золотых мантиях я даже не хотел смотреть, скорее всего увижу только неприязнь и злорадство, мне это ничем не поможет. Я как мог вливал в рану всё, что у меня есть без остатка, не задумываясь, что со мной будет потом.

— Остановитесь, Склифосовский! — прямо над ухом резко прозвучал голос самого Обухова. — Вы же сейчас сами тут на пол ляжете! Уберите руку, я посмотрю.