Фигура легкого эпатажа

— Я очень хорошо видела: веревка была к люстре привязана, табуретка на боку валялась!

Антонов вскочил и пошел к двери, остальные поплелись за ним. Войдя в кабинет, Михаил Петрович задрал голову.

— На люстре ничего нет, — констатировал он, — а табурет стоит у книжного шкафа.

— Вы повесились, — настаивала Ася.

Михаил Петрович хмыкнул:

— В связи с полнейшим идиотизмом ситуации не способен ее прокомментировать. Ася считает меня мертвецом, но, надеюсь, остальные понимают, что я жив.

— Ах ты сука! — бледнея на глазах, произнес Костя и сделал шаг к няньке. — Сейчас я тебя…

— Тише, дорогой! — схватила супруга за свитер Кира. — Ася, наверное, заболела. Иначе почему она столь по-дурацки пошутила?

Костя замер, потом, снова выругавшись, ушел. Михаил Петрович водрузил очки на нос, затем, повернувшись к невестке, неожиданно спросил:

— Если Костик думал увидеть труп отца, то почему не обрадовался, обнаружив меня живым? Отчего не бросился к родителю на шею, а убежал, изрыгая площадную брань?

Кира заморгала, потом с трудом нашла нужные слова:

— Папа, мы в шоке. Прислуга очень убедительно…

— Я молчала! — забыв о вежливости, воскликнула Марина. — Это Ася! Прибежала, заорала: «Висит на веревке, ноги в ботинках…»

Профессор высунул из-под стола ногу.

— Я хожу дома лишь в тапочках. Ася напутала.

— «…а письмо на ковре валяется», — машинально договорила Мара.

Нянька вскочила на ноги.

— Точно! Сейчас увидите! Я не лгу! И вообще, такое наврать может лишь псих! Записку подняла и в карман сунула! Вот, читайте!

Дрожащими пальцами Ася извлекла листок и протянула его Кире.

Жена Кости аккуратно расправила бумагу и с глубочайшим удивлением воскликнула:

— Но тут нет ни слова!

— Как? — завопила Ася. — Целое письмо было, я увидела лишь первые строчки. Что-то типа: «сам решил повеситься, простите, дорогие дети и жена…»

Кира уставилась на Асю, Михаил Петрович покачал головой:

— Вот несчастье. Надо бедняжку хорошему специалисту показать.

— Не волнуйся, Асенька, — вдруг засюсюкала Кира, — иди ляг в кровать, ты просто переутомилась.

— Было письмо, чтоб мне провалиться! Не вру!

— Верно, верно, — участливо закивала Кира, — конечно, полный порядок. Давай, милая, мы тебе капелек нальем. Мара, принеси валокордин!

Домработница, бросив последний взгляд на девственно чистый лист, который Кира швырнула на пол, побежала на кухню. Голова у Мары шла кругом. С одной стороны, вполне вероятно, что Ася просто устала, заснула на ходу и приняла привидевшийся кошмар за действительность. С другой… Мара же тоже стала участницей более чем странных событий.