Фигура легкого эпатажа

Если кто-нибудь из коллектива, не сумев справиться со своей злобой, прилетал к директору и начинал возмущаться, крича нечто типа: «Они бездельники, ерундой занимаются, а вы им потакаете!» — Сергей Лазаревич наливал нарушителю спокойствия коньячку, усаживал человека в кресло и мягко говорил:

— Мы должны быть благодарны этим людям, основавшим НИИ.

Вроде директор делал все, дабы облегчить жизнь тех, кто пытался изобрести таблетки от смерти, но лаборатория хирела, и в конце концов в ней осталось всего несколько сотрудников, возглавляемых безумным Марком Генриховичем, который во время всех собраний коллектива вскакивал и начинал орать:

— Мы добились ошеломляющих успехов! Мыши теперь живут на неделю дольше! Невероятно! Все дело в комбинации витаминов…

Нина Леонидовна, слыша эти вопли, всегда закрывала глаза и с тоской думала: «Ну вот, понесло по кочкам! Теперь до утра просидим».

Женщина к тому времени уже вышла замуж за Валерия Сергеевича, родила Аню и с огромным удовольствием удрала бы домой, к ребенку. Нина вообще не хотела служить, ее не привлекала наука, но в СССР на домашних хозяек смотрели косо, их считали лентяйками, вот и приходилось теткам тосковать в НИИ, считая минуты до звонка. Кстати, зарплату в ученом мире платили хорошую.

Шли годы, Валерий Сергеевич стал ректором института, где обучали будущих химиков. Нина Леонидовна защитила кандидатскую диссертацию, Анна, окончив школу, поступила к папе в вуз, Сергей Лазаревич руководил НИИ, а в лаборатории «бессмертников» осталось лишь два человека: окончательно превратившийся в безумного Марк Генрихович и не менее сумасшедший лаборант Коля.

У Нины Леонидовны, женщины амбициозной, в отношении дочери имелись далеко идущие планы. Анна не была особой красавицей, однако и дурнушкой девушку назвать ни у кого язык не поворачивался. Если уж говорить совсем честно, то дочь Нины Леонидовны особо из толпы не выделялась, но у Анечки имелось то, чем не обладали многие красавицы: сановный папа и весьма расчетливая, активная мама.

Когда Анна заневестилась, Нина Леонидовна поняла: дело с замужеством дочери нельзя пускать на самотек, следует самой проявить активность, иначе есть риск заполучить в зятья невесть кого. Тем более что наивный Валерий Сергеевич говорил девушке:

— С милым рай и в шалаше. Ты, Анюточка, думай не о деньгах, а о любви, тебе с мужчиной жить, не с кошельком.

Услыхав замечательное изречение супруга в очередной раз, Нина вздрогнула и пригласила в гости Сергея Лазаревича с женой и сыном Витей. Как и предполагала хитрая мамочка, спокойная, рассудительная Аня понравилась сыну директора, и Виктор начал ухаживать за ректорской дочкой.

Глядя на их вялотекущий роман, Нина Леонидовна потирала руки.