Легкие шаги безумия

Она первая заметила Мишаню и обратилась к нему так спокойно, словно была полностью одета.

– Извините, – Мишаня кашлянул, – я из уголовного розыска. Мне надо поговорить с Ириной Москвиной.

– Документик покажите, – обернулся к нему фотограф. Мишаня протянул удостоверение.

– Ирина Москвина – это я, – сообщила девица. Лениво поднявшись с матраца, она скинула с себя китель, сладко потянулась, разминая затекшие мышцы. Фуражка упала на пол, фотомодель пнула ее босой ногой и прямо так, в чем мать родила, направилась к Мишане, застывшему у двери.

– Чем обязана? – спросила она серьезным, официальным голосом. – Все, Жорик, гаси свет. Перекур. Ко мне, видишь, из милиции пришли.

– Ирина Сергеевна, я должен задать вам несколько вопросов, – промямлил Мишаня, не зная, куда девать глаза.

– – Задавайте, – разрешила красотка.

– Куда можно пройти, чтобы спокойно побеседовать? – спросил Мишаня, глядя в сторону. – И, простите, вы не могли бы одеться?

– Ах да! – спохватилась фотомодель. – Пардон, привычка.

Она исчезла за ширмой в углу комнаты и появилась через Минуту в белом махровом халате до пола.

– Пройдемте в соседний кабинет, – пригласила она Мишаню.

– Это надолго? – спросил коротконогий фотограф.

– Минут на двадцать, – пообещал Сичкин. Соседний кабинет оказался крошечной комнатой, уставленной ящиками с какой-то аппаратурой. В углу примостились журнальный столик и два кресла.

– Ирина Сергеевна, – начал Мишаня, усаживаясь, – вы были знакомы с певцом Юрием Азаровым?

– Вот оно что, вы насчет этого… Да, я была знакома с Юркой.

– Как давно и насколько близко?

– Нас Вероника Роговец познакомила, полгода назад.

– Вероника – ваша подруга?

– Да.

Ирина достала из кармана халата длинные коричневые сигареты «Мор» с ментолом, Мишаня вытащил свой «Ротманс», щелкнул зажигалкой, давая даме прикурить.

– Скажите, в последнее время у них с Азаровым не было каких-либо серьезных конфликтов, ссор?

– Я не люблю влезать в чужие дела, – пожала плечами Ирина.

В отличие от своей подруги и коллеги Вероники Роговец эта девица вела себя вполне естественно. Ей было совершенно все равно, какое она производит впечатление. На вопросы она отвечала вежливо и флегматично, не размахивая ресницами, не выпячивая нижнюю губу. Она просто сидела напротив, курила и спокойно глядела Сичкину в глаза."

"– Я понимаю, – кивнул он, – и все-таки вы сами сказали, Вероника – ваша подруга. Наверняка она делилась с вами какими-нибудь проблемами.

– Да, Ника любит потрепаться. Она много чем делилась.

– Про ссоры с Азаровым рассказывала?

– Они серьезно не ссорились. Так, поцапаются иногда по мелочи. Знаете, Ника как газировка. Пены много, но оседает быстро.