Легион. Книги 1-9

Юлии было страшно за свою жизнь, но еще больше она переживала за крохотного ребенка, которого прижимала к своей груди, стремясь спасти его от налетавшего ветра. Глядя на нее, Федор знал, что она ждала его, ждала уже давно. Ждала всегда, с тех самых пор, как они расстались. Когда он вынужден был бежать в Карфаген, стремясь избегнуть гнева ее воинственного отца и обманутого жениха. И стал предателем Рима, который успел к тому моменту возненавидеть.

Глядя откуда-то сверху на палубу корабля, словно с небес, Чайка видел девушку, как наяву и верил, что скоро найдет ее, несмотря ни на что. Преодолеет любые преграды, что уготовила им судьба. Очередной порыв ветра вдруг поднял огромную волну, вознесшую корабль на самый верх, и разломил его пополам. Раздался страшный треск, заглушивший раскаты грома и заставивший онеметь сердце морпеха.

Чайка проснулся в холодном поту. Прислушался. Снаружи раздавался, какой-то треск, гул и звон одновременно. Наверное, именно он его и разбудил. Приходя в себя, Федор еще некоторое время продолжал лежать на пастели, где вчера устроился в исподнем, прикрывшись походным плащом скинув доспехи на пол. Никакого белья гостеприимный сенатор ему не оставил.

Вдруг в окно со звоном влетел камень, и шлепнувшись о стену, упал на пол.

— Черт побери, — вскочил Чайка босыми ногами на каменный пол, мгновенно проснувшись, — там же драка идет! Влюбленный морпех, твою мать, расслабился!

— Почему меня не разбудили?! — наорал он на охранников, прильнувших к окну на лестнице, когда, наспех натянув без посторонней помощи кирасу, поножи, сандалии и нахлобучив на голову шлем, распахнул дверь.

— Только что началось, — попытался оправдаться охранник, взбежавший на глазах Федора по лестнице, — нас атаковали сразу со всех сторон. Я как раз бежал доложить вам.

— Кто напал? — уточнил Федор, успокаиваясь и переходя на деловой тон, — и сколько их?

— Римляне, — охранник развел руками.

Федор оттолкнул его в сторону и сбежал по лестнице во двор. Там его повстречал Карталон с несколькими офицерами, но еще раньше Терис.

— Римляне атаковали нас со стороны дороги, — успел шепнуть Терис, прежде чем, оттолкнув его, приблизился Карталон, обрубленное ухо которого налилось багровой краской. Но внешне бородатый финикиец был спокоен.

— Что происходит? — спросил Федор, поправляя наброшенный через плечо ремень от ножен фалькаты.

— Мы почти блокированы превосходящими силами, — бесстрастно завил Карталон, — судя по всему, ночью подошел целый легион. На нас наседают отовсюду, но первые стычки говорят о том, что его солдаты абсолютно не умеют воевать.