Легион. Книги 1-9

Тот самый, где они вместе ужинали во время прошлого штурма перед самым отплытием.

Федор, слегка покачиваясь, вошел в кабинет и остановился. На этот раз никакой еды на столе не было. Одетый в доспехи Ганнибал сидел в кресле и при свечах рассматривал какие-то карты, лежавшие перед ним.

— А ты молодец, Чайка! Я не ошибся в тебе, — весело приветствовал его новый тиран, еще не успев поднять голову от карты. — Сам прибыл только сейчас, а вот известия о твоем плавании дошли до меня уже давно. Римляне просто в дикой ярости.

— Я тоже, — едва смог вымолвить Федор. Сняв шлем, он обхватил и прижал его правой рукой к панцирю."

"— Что случилось? — только сейчас Ганнибал, услышав непривычные нотки в голосе своего военачальника, оторвался от карты и пристально взглянул на стоявшего перед ним наварха. Больше он ничего не уточнял, поняв, что речь идет не о результатах похода, хотя он и ожидал услышать о них из уст самого Федора, пожаловавшего к нему в неурочный час. С некоторых пор Ганнибал перестал проводить военные советы по ночам.

— Во время последнего нападения, — выдавил из себя Федор, не глядя в глаза Ганнибалу, — мой дом был разгромлен…

— Да, на твоей улице многие пострадали, мне докладывали, — кивнул Ганнибал, перебив его, — особняк Атарбала сгорел. Эти ублюдки не задержались в городе даже до заката, но успели натворить немало. Уверен, ты видел, сколько солдат и простых жителей полегло на улицах. Но не беспокойся, я щедро отплачу тебе за службу.

— Они похитили Юлию… — закончил Федор стеклянным голосом, — и Бодастарта.

— Твоя женщина и сын похищены? — Ганнибал резко отбросил карту, вставая. — Я не знал…

Он вскочил со своего места и, пройдя мимо Федора, развернулся к окну, сквозь которое были видны погребальные костры.

— Как же они смогли, — проговорил Ганнибал, размышляя вслух, словно позабыв про стоявшего рядом Чайку. — Когда успели? Наверное, тот купеческий корабль… Единственный, который во время боя покинул захваченную гавань.

— Кто это был? — спросил Федор, к которому постепенно стало возвращаться самообладание. Тело и разум вновь стали слушаться его, но в душе он ощущал глыбу льда, которая давила его.

— Это был корабль одного из греческих купцов, что служили нам, — ответил Ганнибал, не поняв вопрос, — быть может, он сбежал сам, а может его заставили. Я немедленно прикажу разыскать его слуг. Наверняка кто-то остался. И скоро мы узнаем подробности, ведь поначалу я не придал этому значения.

«Уж не Сандракис ли задумал мне отомстить? — пронеслось в пустой голове разбитого горем наварха. — Неблагодарная сволочь. Если так, то я найду его и на ленты порежу».

— Кто напал на город? — повторил вопрос Федор, хотя информация о купце его тоже заинтересовала.