Ожившая легенда

Еще чуть-чуть и взгляды перерастут в магический бой… Рей же с облегчением встал на подножку. Высокий и плечистый, он бы при всем желании не поместился в набитом экипаже, если только по частям.

— Ох, чтоб вас обоих, — проворчал мужчина, порылся в карманах и извлек медную четвертьмарку — самую мелкую монету. — Значит, ты, — Морис ткнул пальцем в Майка, — будешь Францем Четвертым.

— А почему я? — оскорбился Майк."

"Франц запомнился весьма поганым правителем и отличался, по слухам, исключительно дурным нравом. Любил развлекаться за счет подданных, устраивать массовые казни и плевать хотел на государственные дела. К счастью, правил недолго, то ли с лошади упал, то ли отравили, то ли сам от пьянства помер. Короче, сравнение и впрямь не лестное.

— Поговори мне еще, — рыкнул лорд и друг вынужденно замолчал. — А ты будешь крысиной головой, — еще сильнее обрадовал Кейва, но тот благоразумно спорить не стал.

На самом деле на оборотной стороне монеты был изображен грифон, точнее — его голова. Наверное на монетном дворе чеканщики приложили все усилия, чтобы грифонья голова имела отсылку к грифону, но странно переходящий в лицевую часть клюв и округлые ушки скорее напоминали крысиную морду в профиль. Именно поэтому монету и сохранили после смерти Франца Четвертого Бедового, чтобы народ помнил плохого короля и радовался хорошему. А на его фоне почти любой покажется неплохим.

Проиграл Майк. Кажется, теперь он не любил почившего сто пятьдесят лет назад правителя еще сильнее, имея к нему уже личные счеты.

До клиники доехали без приключений. Дома тоже все было подозрительно тихо. Рози дособирала мои вещи, брат читал, лежа на кровати с Тори. Остальные сидели по своим местам. Майк не успел выйти, сразу же направился в душ. Выглядел он при этом как готовый вот-вот закипеть чайник.

Морис уехал в назначенное место. Перед отъездом он уединился с Майком и одним из тайных стражей. Не знаю, что именно происходило за закрытыми дверьми, но из кабинета Майк буквально выполз, по стеночке дошел до лестницы, но здесь я не выдержала и напросилась в помощники — навернется еще, свернет себе шею, кто будет с лекарством мне помогать? На кровать друг упал ничком на подушку и попросил пару часиков его не беспокоить. Морис подтвердил, что к вечеру Майк оклемается, а страж, выслушав указания начальника, вышел из дома, чтобы добраться до портальной станции и затеряться где-то на севере.

Я оставила бедолагу в покое и с грустью обходила дом, который за три с небольшим года стал мне родным. С удовольствием бы взяла с собой всю живность, но куда? И как? Мы до сих пор не знаем, куда нас повезут, надеюсь, не в клоповник, подобный экипажу.