Легенда о розе. Цена предательства

- Ирма, зайди ко мне, - говорит трубка голосом дяди.

Сразу после возвращения домой он, Митрич и Алекс закрылись в кабинете и два часа о чем-то говорили. Видимо, зовут, чтобы сообщить, что отныне я под домашним арестом.

Накинув на плечи бабкину шаль, спускаюсь вниз и, свернув в коридор, ведущий к кабинету, неожиданно сталкиваюсь с Катериной.

- Простите, Ирма Сергеевна, - говорит блондинка чересчур угодливо, - задумалась…

Бросив на меня еще один взгляд, быстро уходит в сторону хозяйственных помещений. А я смотрю в ее спину, пока она не скрывается за поворотом.

Я заметила мелькнувшее в ее глазах ехидство. Уже знает, что мы с Алексом расстались.

Отворив дверь, проскальзываю в небольшой зазор и встаю у порога. Дядя, хмурый и злой, сидит в своем кресле и курит сигару. Рукава рубашки закатаны до локтей, верхние пуговицы расстегнуты, пиджак болтается на спинке сзади.

Митрич занимает стул напротив него. Удерживая в руках квадратный стакан, разбалтывает в нем вискарь.

На стоящем вдоль стены диване сидит Алекс. Опустив взгляд, смотрит на сцепленные в замок свои пальцы.

- Присаживайся, - предлагает дядя, кивая в сторону дивана.

Неслышно ступая по высокому ворсу ковра, я подхожу к Алексу и усаживаюсь в метре от него. Безумно хочется придвинуться ближе, но я, конечно, этого не делаю.

- Когда твоего у@бка выписывают из больницы?

- Завтра, - отвечает за меня Митрич.

- Завтра, - подтверждаю негромко, - а что?

Дядя устало трет глаза одной рукой и откидывается на спинку кресла.

- Видишь ли, дочка… Крысеныш доставляет нам слишком много проблем.

Я внутренне напрягаюсь. Ни ласковым обращением, ни мягким тоном меня давно не провести.

- При чем тут он?

- При том, что неприятности начались, когда вернулся, - пыхнув сигарой, проговаривает дядя.

- Ты хочешь, чтобы он уехал?

- По своей воле он не уедет.

- И?

- И не буду врать, Ирма, тут варианта только два – пристрелить его или держать под колпаком.

Задержав дыхание, я по очереди смотрю на каждого из них. Дядя делает очередную затяжку, крестный глотает виски и закидывает в рот дольку лимона.

Алекс со скучающим видом смотрит в окно.

- И что вы решили? – осипшим голосом спрашиваю я.

- Что у тебя с ним? – летит в лоб.

Тяжело сглатываю. Сердце, подпрыгнув к горлу, проваливается в желудок. Все ждут моего ответа. Глядящие на меня дядя с Митричем.

И Алекс.

Он не повернул ко мне головы и даже не шелохнулся, но именно от него я чувствую самое сильное нетерпение. Исходящая от него энергетика промораживает до костей. Запахнув на груди шаль, качаю головой.

- Н-ничего…

- Тогда зачем он нам? – дергает дядя бровями, - зачем заставила моих людей подставляться перед Шумовыми?

Они загнали меня в тупик. Пряча глаза, я начинаю грызть губы и заламывать руки.

- Олег, разреши мне с Ирмой поговорить, - вдруг вступает Митрич.