Легенда о розе. Цена предательства

- Хорошо, - бормочу по нос, выбираясь наружу.

Бросив взгляд на оставленный на заднем сидении букет роз, закрываю дверь. Быстро шагаю в сторону внедорожника, чувствуя себя рядом с Алексом в полной безопасности.

- Кто это был? – спрашиваю, устраиваясь в джипе, - они, правда, нас преследовали?

- Да.

Сверлю взглядом короткостриженный затылок Грозового, его висок и крепкую шею, понимая, как до безумия я по нему соскучилась.

- Что им надо было?

- Шумовские. Видимо, решили напомнить кое о чем.

- О чем? – зная ответ, все же негромко спрашиваю я.

Алекс не отвечает, набрав кого-то в телефоне, начинает тихо переговариваться. До меня долетают лишь отдельные фразы: «надо пробить», «я сам этим займусь», «Антону надо напомнить»…

Из этого становится понятно, что это Антон Шумов огрызается. Не может простить налет на свой кабак, когда у него из-под самого носа умыкнули заложника.

Снова виновата я.

Остановившись у большого гаража во дворе нашей усадьбы, Алекс выходит из машины и по привычке открывает для меня заднюю дверь. Помогая выйти, правда, держит не ладонь, а локоть.

- Что будет теперь?

- Думать надо.

Нервно поправляя на себе одежду, иду за ним, как привязанная. Ловлю ноздрями запах оставляемого им шлейфа.

- Алекс.

Поднявшись на террасу дома, он останавливается и разворачивается ко мне.

- Что?

- Мне в центрах кто-то пакостит… наверное, Антон.

Грозовой хмурит брови. Спрятав руки в карманы брюк, смотрит на меня сверху вниз. Я тоже закладываю руки в карманы, но интуитивно встаю так, чтобы мое плечо касалось ткани его куртки.

Не знаю, заметил он это или нет, но все же немного отодвинулся.

Молча сглатываю обиду.

- В чем заключается пакость?

- Налоговая, пожарная инспекция… Вчера санэпиднадзор закрыл два кафе на верхнем этаже.

- Старому говорила?

- Нет, я хотела сама…

- Расскажи ему.

- Хорошо, - вздыхаю я.

- Это все?

Отвернувшись, Алекс направляется в сторону дома, но я окликаю его.

- Подожди… Марк… эмм… Кляйс сказал, что Шумовы знают про новое месторождение и что-то замышляют.

- Откуда он знает? – переспрашивает он быстро, сощурив глаза, впивается в меня взглядом.

- Говорит, Антон ему сам сказал.

- А ты ему что рассказывала?

- Ничего! Алекс, ты же меня знаешь!

Дернувшаяся в усмешке бровь и короткая ухмылка действуют на меня как пощечина.

- Ты за кого меня принимаешь?!

- Успокойся, - говорит он так спокойно, что у меня мелькает подозрение, что эпизод с его усмешкой мне привиделся.

- Ты думаешь, я стану с ним откровенничать?.. У нас не те отношения, чтобы…

- Ваши отношения меня не интересуют, Ирма Сергеевна. Но я советую все же рассказать обо всем вашему дяде."

"- Алекс! – шиплю гневно, но он меня уже не слушает.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, заходит в дом и сразу идет в кабинет дяди.

Глава 19.

Глава 19.