Ледышка или Снежная Королева для рокера (СИ)

А после наступила глухая, давящая тишина, нарушаемая лишь моим сбитым дыханием и вздохом удивления.

И это всё, что нападавший успел сделать, роняя нож на пол. Он дёрнулся в мою сторону, всё ещё не понимая, не веря.

Звук выстрела повторился вновь. Мужчина хватанул ртом воздух и рухнул на пол, не шевелясь и не пытаясь до меня добраться. Краем сознания я отметила, как на его одежде проступили пятна крови, но никак на это не отреагировала.

Я просто откинула пистолет в сторону и бросилась к лежавшей на полу девушке. Небольшое расстояние преодолеть оказалось труднее всего. Мне всё казалось, что сейчас натянется цепь, сдавливая горло и утягивая назад. Но ничего этого не было, и вскоре я сидела на коленях перед бессознательной официанткой, обнимая её голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону.

Дрожащие пальцы нащупали слабый, но уверенный пульс. И страх, сковавший меня, медленно отступил, оставляя горький осадок на душе. Память, перестала играть со мною в прятки, подменяя настоящее прошлым и наоборот…

Но легче от этого не становилось. Я беззвучно смеялась и плакала, прижимаясь лбом к груди девушки. И не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Мне было плевать, что обо мне подумают.

Ведь по их душу не приходили демоны прошлого… Разрушая иллюзию обычной жизни и сжигая дотла надежду на счастье.

Реальность возвращалась толчками, вытесняя картинки-воспоминания. Первым пришёл слух, позволяя расслышать шум шагов, различить голоса и крики, наполняющие пустой зал. Следом зрение, когда сморгнув, я поняла, что вновь вижу знакомую обстановку клуба, а на руках у меня приходящая в себя официантка. Кажется, её зовут Катя…"

"Последним на место встал разум, позволив громко выдохнуть, давя очередной болезненный всхлип и нелепо, неуклюже подняться на ноги, не обращая внимания на чьи-то руки, пытавшиеся мне помочь. Любое прикосновение отдавалось в голове фантомной и реальной болью в теле. Зашипев, я резко ударила по пальцам чужака и сделала пару шагов в сторону, пытаясь восстановить разлетевшееся к чертям самообладание.

Не вышло. А тело, нывшее от боли, лишь усугубляло и без того незавидное состояние. И я, шатаясь, прихрамывая, сутулясь и опустив голову, побрела в сторону бара. Мне нужно было хоть что-то, что даст почувствовать себя живой.

И это всё, о чём я могла думать.

За стойкой обнаружилась ещё пара официантов. Разум отказывался вспоминать их имена, а взгляд фокусироваться на лицах. Я тяжело опёрлась на стойку, пытаясь унять головокружение и тошноту, подкатывающую к горлу раз за разом. И, с трудом разлепив губы, тихо и хрипло выдохнула:

- Водки.

Вопросов никто задавать не стал. Они просто поставили на стойку запотевшую, высокую бутылку, глядя на меня круглыми то ли от страха, то ли ещё от чего глазами.